Председатель Национального совета Украины по вопросам телевидения и радиовещания Юрий Артеменко в интервью РБК-Украина рассказал о борьбе с антиукраинской пропагандой на ТВ, об изменениях в действующее законодательство, о проблемах с переходом Украины на цифровое вещание и с созданием общественного телевидения, а также о сотрудничестве с Министерством информации.
Председатель Национального совета Украины по вопросам телевидения и радиовещания Юрий Артеменко в интервью РБК-Украина рассказал о борьбе с антиукраинской пропагандой на ТВ, об изменениях в действующее законодательство, о проблемах с переходом Украины на цифровое вещание и с созданием общественного телевидения, а также о сотрудничестве с Министерством информации.
РБК-Украина: Нацсовет вынес предупреждение телеканалу "Интер" за показ передачи с участием российских артистов, ранее продемонстрировавших антиукраинскую позицию. Но затем Вы заявили, что эти предупреждения "отжили свое", что нужно вводить на законодательном уровне миллионные штрафы, и только тогда будет эффект. Есть ли поддержка в парламентской коалиции вашей идеи о миллионных штрафах?
Юрий Артеменко: Да, поддержка есть. На следующий день после проведения заседания, где Нацсоветом был рассмотрен вопрос "Интера", мы провели встречу с членами Комитета Верховной Рады по вопросам свободы слова и информационной политики. Рассказали о тех недостатках действующего законодательства, с которыми столкнулись в деятельности, а также представили свое видение законодательных норм и положений, выдвинули предложения по их усовершенствованию.
Из чего мы исходили? Из того, что законодательство о СМИ, о телевидении и радиовещании писалось очень давно и в условиях мирного времени. Сейчас, на мой взгляд, оно потеряло свою актуальность, попросту говоря, отжило себя, и на это есть несколько причин. Во-первых, оно не приспособлено к сегодняшним проблемам, к реалиям информационной войны. Во-вторых, содержит значительное количество недействующих или неприменяемых положений. Вот простой пример: для того, чтобы канал лишить лицензии за разжигание вражды, задевание национальных интересов и тому подобное, необходимо пройти длительную процедуру. Нужно провести мониторинг; в процессе мониторинга выявить нарушения, сделать одно предупреждение, а затем, по результатам этого предупреждения посмотреть, выполнили ли они требования, которые им предъявлял Нацсовет, устранили нарушения или нет. Если в результате проверки выясняется, что нарушения не устранили, выносится второе предупреждение, и лишь после этого принимается решение Нацсовета об необходимости лишения канала лицензии и все собранные материалы подаются в суд, где они еще долго рассматриваются.
Эта система не оправдывает себя, она неэффективна. Наше предложение Комитету было достаточно простое: в рамках закона, то есть внеся соответствующий законопроект и приняв изменения в закон, дать Нацсовету право приостанавливать вещание такого телеканала до трех месяцев, при чем с параллельной передачей материалов в суд. Нацсовет - это регуляторный орган, а не цензурный. Мы можем констатировать нарушения, но не можем единолично ограничивать или останавливать или запрещать вещание. Мы принимаем на себя эту ответственность, и передаем всю информацию в суд. И именно суд как орган правосудия, должен принять решение - либо он поддерживает нашу позицию, либо же Нацсовет должен воздержать от каких-либо ограничений телеканала. В любом случае сроки этих процедур по обращению и рассмотрению должны быть сокращенные. Нами предлагался срок в три дня как на рассмотрение Нацсоветом, так и судом. По нашему мнению этого вполне достаточно, чтобы полностью подготовить и рассмотреть дело.
Если исходить из того, что телевидение и радио - это бизнес, а не политика, то, само собой разумеется, что лучшее наказание - это потеря в прибыли, то есть денежный штраф. Даже взять на уровне физических лиц - выговор есть выговор, а когда тебя лишают премии, то хочешь, не хочешь, а придется задумываться.
Нами были предложены разные идеи, как определять сумы штрафов. Одной из них была назвать конкретную сумму, другой - ввести градацию штрафов и так далее. Рассмотрев множество из вариантов, мы пришли к выводу, что эффективней и качественней будет дифференцировать размеры штрафов в зависимости от стоимости лицензии. То есть, если первое нарушение незначительное, ну, например, формальное: телекомпания своевременно не внесла изменения в лицензию, не подала документы, - то это минимальный штраф. А если речь идет о разжигании вражды и призывах к войне - это, конечно же, максимальный. В итоге мы выделили три вида штрафов, пропорционально стоимости лицензий: 5%, 10% и 15% соответственно. Мы просчитали, что в данном случае, взять хотя бы, такие общенациональные каналы, как телеканал "1+1" или "Интер", в случае нарушения по третьей шкале 15% получат штраф в размере 1,6 млн гривен, это уже существенно даже для таких крупных компаний. Понятно и то, что местный канал не получит 1,6 млн, а где-то - 50-60 тыс. гривен, и для местного телеканала это тоже достаточно много.
Такая методика была предложена 15 января на нашем заседании. На следующий день более детально обсудили с народными депутатами Украины. Чуть позже нам позвонили из секретариата комитета Верховной Рады по свободе слова и информационной политике и сказали, что 20 января депутаты собираются зарегистрировать этот законопроект.
Поэтому поддержка парламентской коалиции есть. В каком виде эта идея дойдет до формы закона, когда он будет проголосован и вступит в силу - это вопрос не к нам, а к депутатам. Мы попытались заложить фундамент и будем рады, если к работе над этим законопроектом присоединится общественность, в том числе и телезрители. Единственное, не думаю, что стоит подключать к этой работе индустрию, по-моему, это неправильно. Обсуждая размеры штрафов с ними, в итоге мы получим ноль, потому что, кончено же, индустрия не заинтересована в том, чтобы платит большие штрафы в государственную казну.
РБК-Украина: В Раде зарегистрирован законопроект, которым предлагается запретить в Украине теле- и радиоканалы, принадлежащие россиянам. То есть, по сути, предлагается закрыть "Интер", долей которого владеет, как известно, российский Первый канал. Вы поддерживаете это? Как Вы думаете, не вызовет ли это недовольство среди украинского населения?
Юрий Артеменко: Поддерживаю и буду поддерживать. Другой вопрос, что этот законопроект еще достаточно сырой, его будут обсуждать и дорабатывать. В нем, кстати, идет речь не только о запрете телеканалов и радиовещателей, принадлежащих россиянам. Вполне вероятно, что появится норма, которая предусматривает запрет на распространение сигнала каналов, чьи собственники зарегистрированы в офшорных зонах.
Я думаю, что недовольство среди украинского населения, вызывает в первую очередь то, что люди не знают, кто стоит за логотипами тех или иных каналов. На вопросы о том, кому же все-таки принадлежат эти каналы люди каждый раз слышат либо бесконечные отговорки, либо искусное вранье. На заседании 15 января я пытался добиться от руководителей "Тониса" и других каналов, кто же стоит за ними, кто является конечным владельцем или инвестором? В нынешних украинских условиях мне интересен не столько бенефициар, сколько инвестор. Не редкость, когда какой-то сбежавший политический деятель дает деньги, но при этом владельцем канала значится некий зицпредседатель Фунт, как в известном рассказе Ильфа и Петрова. Но я думаю, что украинский зритель должен знать правду, кто стоит за этими каналами. Тогда всем станет, что тот или иной сюжет показанный на определенном канале, о том какой хороший "Беркут" на Майдане, скорее всего заказан или проплачен владельцем этого канала, например, Клименко , Захарченко, Арбузовым или Януковичем, и у людей сразу складывается понимание, почему это показывают.
РБК-Украина: Какие еще украинские телеканалы, кроме "Интера", допускают подобные нарушения?
Юрий Артеменко: Многие. На заседании 15 января мы назначили внеплановые проверки четырем каналам: "Украине", "Тонису", "1+1" и ICTV. На следующий день получил письмо о том, что на канале "1+1" в сюжете программы "Светская жизнь с Екатериной Осадчей" был показан Пореченков. Я сразу же набрал номер телефона руководителя канала Александра Ткаченко и спросил, как это понимать? Потому что на самом заседании именно канал "1+1" выступил с инициативой, что до принятия законопроекта они хотят пойти путем саморегуляции. Но руководитель телеканала, объяснил, что на самом деле в программе "Светская жизнь с Екатериной Осадчей" давал комментарий Антон Геращенко, в котором он осуждал действия Пореченкова. И просто, как аргумент к его словам, использовались кадры, где Пореченков стреляет. То есть, программа была наоборот антипореченковская.
Мы реагируем на все случаи, проводится постоянный мониторинг. Наша позиция достаточно жесткая в этом плане. Любые другие каналы, которые допустят нарушения, будут предметом особого рассмотрения на наших заседаниях.
Просто важно осознавать, что следовать надо не только закону, а и нормам морали. Для меня мораль не является последней в этой связке "закон-мораль". В условиях информационной войны, имея далеко не совершенное законодательство, как раз одним из критериев при принятии решений членами Нацсовета являются именно нравственность и мораль. Я не раз повторял о том, что нельзя жить в стране, не чувствуя под собой страны. Это известные слова Осипа Мандельштама. Для того, чтобы реально понимать происходящее необходимо постоянно помнить и о тех людях, чьим семьям приходят похоронки с Востока Украины. Нельзя не реагировать на такие очень тонкие темы. Лучше о чем-то промолчать, что-то не показывать, чем показать то, что будет разделять народ.
РБК-Украина: Как быть телеканалам, уже успевших закупить запрещенный к показу контент?
Юрий Артеменко: Есть такой бухгалтерский термин, как "упущенная прибыль". Стоит просто отказаться.
Мне когда-то один из руководителей телеканалов сказал: если мы прекратим показ сериалов, которые закупили, то потеряем деньги. На это я ему ответил, что лучше потерять деньги, чем потерять страну. Деньги можно вернуть, а жизни тысяч украинцев - нет. Сейчас жертва деньгами - это просто мелочь по сравнению с тем, чем люди жертвуют каждый день во имя защиты своей Родины. Отложите показ этих сериалов до лучших времен, в конце концов. Наверное, придет то время, когда наши взаимоотношения с Россией изменятся в лучшую сторону. Но уж точно деньги - это еще не повод показывать сейчас все эти сериалы. Избежав их показа, вы не будете раскалывать страну и не будете вызывать гнев людей, который может очень быстро перерасти в нечто большее.
РБК-Украина: До сих пор доля российского контента на украинском телевидении и радио была довольно большой, не так ли? Есть ли чем ее заменить украинским вещателям?
Юрий Артеменко: Доля и сейчас большая, потому что с одной стороны - инерция, с другой стороны - привычка, но при этом мы должны эту долю сокращать, диверсифицировать. Я смотрю, сейчас многие телеканалы начинают изучать вопрос закупки контента у других иностранных производителей. На некоторых телеканалах стартуют турецкие или польские сериалы, либо же изучается вопрос копродакшена - совместного производства с турецкими либо с польскими кинопроизводителями, а возможно и других стран ближнего зарубежья.
Параллельно с этим необходимо восстанавливать школу украинского кинопроизводства, надо находить деньги, диверсифицировать источники финансирования. И не только за счет своего канала: что-то даст государство, что-то даст другая страна, что-то дадут спонсоры, меценаты или рекламодатели. Я верю, что когда-то настанет момент, когда большинство контента, - в данном случае мы говорим о сериальном контенте, потому что информационный контент у нас только украинский, - доля сериального показа в большинстве будет именно украинская. И тогда это будет вполне достойная замена российскому контенту.
РБК-Украина: Россия, как известно, ведет против Украины, среди прочего, информационную войну. Как Вы считаете, Юрий Анатолиевич, Украина сейчас проигрывает в этой войне? Если да, то почему?
Юрий Артеменко: Украина, скорее всего, проигрывает в информационной битве или множестве информационных битв, но войну мы еще не проиграли.
Двенадцать месяцев назад у нас еще не было боеспособной армии. За это время мы прошли путь проб и ошибок, даже трагедий. И благодаря накопленному опыту за такой короткий срок появляется если не полноценная непобедимая армия, то, по крайней мере, заложена основа для маленькой, гордой и боеспособной армии.
Да, сейчас мы проигрываем в информационной битве. Но мы не просто набиваем шишки, а получаем ценный опыт, мы уже понимаем, как надо бороться, с чем и каким способом. Почему мы проигрываем? Потому что руководство страны все это время сознательно не обращало внимания на то, что ведется информационная война, пропаганда, мы строили свое законодательство и свою жизнь на демократических основах. Думая, что если мы строим правовое государство и социальное общество, то и все страны-соседи тоже так поступают. Это был хорошо скрытый обман.
На первоначальных этапах войны правда всегда проигрывает лжи. Тем более лжи, которая масштабно запущена в массовый поток. Россия годами закладывала систему своих устоев, навязывала ценности, разрабатывала систему информационных манипуляций и клеветы, и ее постепенное внедрение в информационное пространство страны. Но в долгосрочной перспективе правда обязательно выиграет, а значит мы победим, потому что правда на нашей стороне!
РБК-Украина: Как Вы оцениваете уровень украинского телевидения и радио? Чего, по-Вашему, им не хватает?
Юрий Артеменко: События последнего времени показали, что украинскому телевидению и радио не хватает контакта со зрителем. То есть украинское теле- и радиовещание последние пару лет совсем не интересовалось тем, чего хочет зритель. Оно формировало то, что ему давали, а давали им - сериалы. Если хорошая цена - надо крутить. Сейчас необходимо показывать то, что хочет видеть общественность. Например, люди хотят каких-то добрых историй, хотят исторических и культурных программ, чего-то другого, - это игнорировалось телеканалами.
Сейчас наша страна перестроилась, а телевидение - все еще нет. Необходимо осознавать, что нужно людям и, помимо этого, самим формировать какие-то ценности. Я не призываю, чтобы каналы становились пропагандистскими, как это наблюдается в России, но нужно формировать ценности, моральные устои, 10 заповедей божьих - это мягко и качественно должны делать именно украинские телеканалы.
Я думаю, что с запуском общественного телевидения, того телевидения, за которое в итоге через несколько лет людям придется платить, все может измениться. Уже сейчас будущим руководителям общественного телевидения стоит задуматься на тем, чего хочет зритель, в чем нуждается. Возможно, люди хотят, чтобы на этих телеканалах шли вечером мультфильмы для детей, а у коммерческих сейчас этого не показывается. Они показывают то, что требует спонсор, то, что им нужно для рекламы. Спросите людей, которые выросли в Советском Союзе и смотрели "Спокойной ночи, малыши", у них уже есть свои дети, и им бы, наверное, хотелось, чтобы вечером за 10 минут до сна можно было посмотреть добрый мультик. Возможно, людям нужны какие-то добрые и светлые передачи, чуткие истории, которые бы волновали и трогали нас. В конце концов, мы должны чувствовать себя людьми, а не просто машинами по потреблению и переработке информации.
РБК-Украина: Какой процент населения Украины сейчас охвачен цифровым телевидением? Когда будет окончательно отключено аналоговое телевидение?
Юрий Артеменко: Цифры, о которых нам рассказывает оператор цифрового телевидения "Зеонбуд" - 95% - это неправильные цифры. Для этого не нужно даже проводить какие-то замеры. Достаточно выехать в отдаленный район, включить телевизор и вы увидите, что там нет этого цифрового телевидения.
Но на сегодня доказать формально, что это не 95% мы не можем, потому что предыдущая система была сделана так, что не существовало самой методики замера покрытия цифрового телевидения. Мы можем приводить представителя "Зеонбуда" и показывать, что здесь не принимает, но он будет ссылаться на какие-то технические вещи, и у нас не будет аргументов в ответ.
В данный момент мы ищем варианты решения этой проблемы. Договорились с одной шведской компанией, также ведем переговоры с представителями офиса Совета Европы, разрабатываем планы и проекты, которые нам позволили бы профинансировать и провести методику замера цифры. Вот тогда я вам смогу сказать точную цифру.
По моим интуитивным видениям, это точно не 95%. В некоторых регионах - 60%, где-то - 50%, а в некоторых приграничных и горных речь идет только о 10-20%.
На сегодня у нас есть одно нормативное предписание, которое предусмотрено международным соглашением "Женева- 2006". Согласно ему, с середины этого года мы должны отключить аналоговое телевидение и перейти на цифровое, и уже с середины 2015 года не будут защищаться аналоговые частоты в приграничных областях. Поэтому в середине 2015 года, если Польша, например, включит цифровое телевидение, оно будет забивать наше аналоговое.
Для нас июнь 2015 года - это ориентир, когда мы должны очень внимательно посмотреть на ситуацию, которая сложится в приграничных областях, и вместе с Польшей и другими соседними странами перейти на "цифру". Или же разрабатывать и предусматривать какие-то альтернативные механизмы. Но мы готовимся к тому, чтобы перейти на "цифру" с середины этого года.
При этом мы выдвигаем для себя два условия. Первое условие заключается в том, что для того, чтобы перейти на цифру, зона покрытия в "переходных" областях должна быть около 90%. Соответственно, необходимо ставить дополнительные передатчики, чтобы люди смотрели хорошую, качественную картинку. И второе: чтобы малообеспеченным слоя населения, у которых нет денег или физической возможности, были предоставлены тюнера для приема цифрового сигнала за счет государства. Проблема в том, что деньги, за которые малообеспеченным должны приобретаться тюнеры, нужно заложить в бюджете страны. Но какой бюджет и какие там сейчас приоритеты в национальной экономике - люди понимают, и это далеко не тюнеры.
Поэтому я не отрицаю тот факт, что мы можем отложить внедрение цифрового телевидения до лучших времен, как это делалось и в других странах. В частности, и в России. Что мы в итоге можем потерять? Мы можем потерять качественную картинку аналогового телевидения в приграничных областях. Но тут тоже надо понимать, что сегодня в приграничных, горных областях, как правило, "аналог" и не смотрят. Люди в этих регионах смотрят спутник, более качественный и понятный для них.
В данный момент мы создали рабочую группу при Нацсовете, аналогичные группы созданы и в тех областях, которые будут отключаться в первую очередь. Ближе к моменту отключения, когда перестанут защищаться аналоговые частоты, мы подойдем к решению. Каким оно будет, я пока не знаю.
РБК-Украина: В Украине сейчас довольно активно обсуждают идею создания общественного телевидения и радиовещания. 13 января Верховная Рада приняла в первом чтении соответствующий законопроект. Как Вы его оцениваете? Когда можно ожидать запуска такого вещания? И дорого ли это?
Юрий Артеменко: Я считаю, что чем быстрее мы запустим общественное телевидение, тем лучше. Первая попытка его создания была еще в 2005 г. Тогда об этом громко трубил тогдашний Президент Ющенко, но в итоге тема заболталась и забылась, а общественное вещание так и не создали.
Если бы было общественное телевидение, я думаю, что возможно не было таких событий, как Майдан 2013-2014 гг. Поэтому лучше побыстрее его внедрять. Если возникнут какие-то юридические неточности или же не согласование норм и положений, то всегда можно внести изменения в закон. В любом случае, внести изменения будет технически и процедурно проще, чем заново построить всю систему общественного вещания.
На сегодняшний день общественное телевидение создается на базе несовершенного, непроработанного закона. Мы это ощутили и на себе. Нацсовет имеет непосредственное отношение к созданию общественного телевидения, поскольку именно мы должны подобрать организации, которые будут участвовать в создании наблюдательного совета общественного телевидения. Как только начался отбор, еще на этапе подачи документов, стало очевидно, что действующие законодательство об общественном вещании не дает возможности массово приобщить к этой работе все профильные организации, которые должны были бы быть. Так, в нынешней редакции профильного закона есть ограничение относительно того, что к участию в конкурсе допускаются только общественные организации, которые имеют статус всеукраинских. К сожалению, статус всеукраинских имеют не так много организаций. Не секрет, что для того, чтобы получить статус всеукраинских, необходимо было проходить довольно сложную юридическую процедуру. К тому же, многим хорошим, порядочным и очень активным общественным организациям было достаточно получить статус местной организации и реализовать свои полномочия на территорию всей Украины даже без статуса всеукраинской.
Поэтому, следуя нормам этого закона, мы не смогли допустить к участию в конкурсе многие организации, которые должны были бы участвовать. Те изменения к закону, которые были приняты 13 числа, спасибо народным депутатам, учли наши предложения и был расширен перечень тех организаций, которые могут участвовать в этом наблюдательном совете.
Дорого ли это - вопрос сложный и комплексный, не могу однозначно на него ответить.
РБК-Украина: Каким Вы видите сотрудничество с новосозданным Министерством информации? Есть ли конфликтные моменты?
Юрий Артеменко: Поживем - увидим. На сегодня я, в отличие от некоторых своих коллег за пределами Нацсовета, считаю, что в условиях информационной войны такое министерство может быть не только генеральным штабом противодействия российской пропаганде, но и способствовать популяризации Украины. Его создание было необходимо и на данный момент это решение не то что не дозрело, оно давно перезрело.
Конфликтных моментов нет, хотя бы потому, что Министерство информационной политики еще не заработало. На сегодня только принято положение и проголосован министр.
Я не думаю, что будут конфликты. В данном случае, опираясь на личность министра, убежден, что у него действительно есть желание заниматься информационной безопасностью страны, популяризацией Украины за рубежом, и на сегодня мы с ним находимся в постоянном контакте. Более того, сейчас мы в большей мере помогаем ему, потому что у него нет ни сотрудников, ни технических возможностей.
Когда говорят, что министерство создано для того, чтобы заниматься цензурой, я бы ответил, что для того, чтобы заниматься цензурой, де-факто не нужно создавать целое Министерство информационной политики. Во времена Януковича этим успешно занимались налоговая, СБУ, прокуратура и так далее. И делали гораздо уверенней и масштабней, чем публичное министерство или публичное Гостелерадио, существовавшее на тот момент.
Беседовала Юлия Молочко