Въезд цыганам запрещен: как живут ромы после летних погромов в Лощиновке

Кочевники поневоле

- Если ничего за эту неделю не решим, то люди готовы взять своих 15 детей и сесть напротив Измаильской райгосадминистрации, - грозит по телефону руководитель Одесского ромского правозащитного центра Владимир Кондур. Он говорит о детях ромов, которых выселили из села Лощиновка под Измаилом в конце лета. После убийства в селе 8-летней девочки, в котором подозревают 21-летнего цыгана Михаила Ч., местные жители устроили погромы во многих ромских домах. После этого практически всем цыганам пришлось покинуть свое жилье.

- В тот вечер соседи нас предупредили, чтобы мы дома не оставались, - вспоминает Елена Чурар. - Я с детьми до 12 часов ночи сидела в лесу. Мы когда пошли свои вещи забрать, наши дома уже горели и их ломали! Из сельсовета смотрели, как рушат наши дома, только приехавшие милиционеры из Одессы нас защищали, а местная полиция, наоборот, ничего не делала! Я иду с моим ребенком по улице, а у меня из рук его пытаются вырвать и кричат: "Дайте нам эту скотину, чтобы мы ее разорвали, как они нашего порвали!" Это что справедливость? У Миши (подозревамого - ред.) отец - болгарин, а мать - цыганка. Так его все родственники остались жить в селе, а нас выгнали!

Сейчас Елена вместе со своей сестрой Зинаидой Мунтян, которая также ушла из Лощиновки после погромов, снимают небольшую комнатку у хозяина в частном секторе в Измаиле. Обе женщины со своими четырьмя детьми живут в полуразваленном бараке на восьми метрах. По двору валяется мусор, само строение покосилось, от хозяйской половины жилища семью отделяет старая дверь, которую женщины забили гвоздями. Хозяин барака, Константин, пьет, а его двор стал местом сбора местных алкоголиков, и Елена жалуется, что из-за страха за своих детей она постоянно их водит за собой.

В подтверждение своих слов Елена заводит меня в темную, без электричества, часть барака, где на старом топчане в сапогах, без особых признаков жизни лежит чье-то тело. Когда мы позже переместились во двор, Константин все-таки вышел из своей комнаты, шатаясь, прошел мимо, никак не реагируя на слова Елены о том, что "к ней приехал корреспондент". Несмотря на это, Елена все равно благодарна хозяину дома - сейчас в Измаиле, особенно после скандала в Лощиновке, никто цыганам сдавать жилье не хочет.

Перед входной дверью Елена указывает на пластмассовый таз - в доме нет никаких удобств, и детей она купает в нем. В то же время в сельском доме на Суворова у них было несколько больших комнат, коридор, детская и свой колодец во дворе, вспоминает она.

- У нас вода была во дворе, газ природный, везде чистота, столько вещей… Мы за 10 лет ни у кого куска хлеба не попросили, - рассказывает она. - А во время погрома они даже мочились в наш колодец, в доме собак поубивали, вилами их закалывали!

Перед самой комнатой женщины оборудовали на 3-4 метрах кухню, на которой еле-еле уместился небольшой кухонный стол и плита в углу. В жилой комнате практически всю площадь занимают два старых дивана, на которых спят матери и дети. Из мебели еще старая тумбочка, которую отдали им люди, и телевизор, который успели унести из дома в Лощиновке. Сами же дети при виде фотокамеры начали сразу прятаться за диванами.

- Пожалуйста, только меня не снимайте! - закричал один из мальчиков.

- Мои дети ходят в одну из школ Измаила, так они, знаете, что им там говорят? "Лощиновские тут, убийцы пришли!", - рассказывает Зинаида. - Плачут оба, их обзывают и говорят, что им тут не место.

Фото: "новое жилье" ромов в Измаиле

Фотографироваться отказались и сами матери. Сейчас женщины не работают и живут на небольшое пособие на детей. Елена рассказала, что весь товар, которым она раньше торговала, пропал или сгорел во время событий в Лощиновке. Пока что она присматривает за детьми и пытается добиться у чиновников жилья. По ее словам, она прожила в Лощиновке около 10 лет. Она утверждает, что за свой дом купила за 4 тыс. долларов. Но из-за своей неграмотности не занялась его переоформлением и регистрацией себя по месту фактического места проживания - она до сих пор прописана в Белгород-Днестровском. Во время беседы женщина рассказывает и о спортивных успехах по борьбе своего сына Влада, и о кошмарах своих детей, которые до сих пор вспоминают, как их гнали по полю, и как горели их дома. Возвращаться в село она не собирается.

- Даже если мы вернемся, кто нам даст стопроцентную гарантию, что наши дети не пострадают? - спрашивает женщина. - Мы иногда сталкиваемся с жителями Лощиновки на базаре. Они на нас как на животных смотрят, и мы на них так же. Люди, которые рушили наши дома, они все ели с нами из одной тарелки, отмечали вместе праздники. Как они стали за одну секунду зверями?

Пока матери сокрушались по поводу своих будней, дети беззаботно играют с соседскими ребятами в комнате. Потом они отпросились и побежали играть к своим друзьям уже к ним домой.

- Я вижу программы по телевизору, когда даже что-то по собакам решают, где-то находят им приют, - сетует Зинаида. - А это ведь дети! Неужели им безразлично где эти дети находятся и что с ними? Какое будущее у них будет? Пойдут воровать? Но мы не хотим, чтобы они по тюрьмам сидели, мы хотим, чтобы они выросли и куда-то дальше поступали!

Чужие здесь не ходят

Лощиновка с населением почти в 1300 человек находится в 15 километрах от Измаила. На первый взгляд - типичное и ни чем непримечательное село. Там много старых заброшенных домов, разбитые дороги, повсюду пасутся овцы, на столбах развешены объявления о запланированной вакцинации домашнего скота от сибирской язвы. Однако сразу бросается в глаза, что по селу часто проезжает машина полиции. На магазинах - объявления от "Народной дружины Лощиновки" с призывом сразу сообщать о появлении в селе подозрительных людей.

На двери местного бара наклеены телефоны общественного представителя местного участкового, который закреплен за несколькими селами. Однако впечатление от работы все той же патрульной полиции неоднозначное.

Проезжавший экипаж даже не поинтересовался и не остановился узнать, что происходит, когда я обследовала развалины одного из домов на улице Измаильской, 99. Кто заходит или выходит из дворов, где раньше проживали ромы, не особо заботит и самих жителей села. Когда я выходила из дома с разбитыми окнами на Измаильской, 46, местная жительница только попросила закрывать за собой калитку на засов - она не хотела, чтобы туда заходили ее гуси.

Внутри самих домов уже в принципе ничего ценного нет. Там можно увидеть остатки поломанной мебели, разбросанные старые вещи, грязную посуду, груды осколков, обломки оконных рам. Некоторые из домов пострадали больше - часть пытались сжечь, в некоторых развалены стены.

Фото: разрушенные дома ромов в Лощиновке

Однако один из разрушенных домов по улице Измаильской, 105 собственники начали уже ремонтировать. Прежние огромные дыры уже заложены кирпичом, окна начали заново стеклить. Во дворе я встретила законную хозяйку этого дома - 56-летнюю Ефросинию Чеботарь, которая сразу же запретила себя фотографировать и на общение шла с трудом. Именно ее часть местных жителей обвиняли в том, что она торгует наркотиками. Также в интернете есть видеосъемка из одного из наркопритонов Измаила, на которой похожая на Ефросинию женщина делает инъекции приходящим во двор наркоманам.

- Если меня показывают, что я колю что-то кому-то, деньги беру, почему меня не посадили? - заводится на этот вопрос женщина. - Ты же грамотная, ты же знаешь, как это все можно сделать в интернете! И меня сделали, лишь бы меня в селе не было. Я б не жила в этой дыре, если бы я таким занималась!

Ефросиния водит по комнатам с голыми стенами и рассказывает, что из дома вынесли практически все, сорвали даже линолеум. Сейчас, по ее словам, она из пенсии и выплат начала делать ремонт в доме, чтобы успеть к зиме. До этого женщина жила в Измаиле у родственников, дети пока что остаются в городе. Она утверждает, что предупредила председателя сельсовета о том, что намерена вернуться сюда. Отказаться от своего имущества и не появляться в Лощиновке она согласна только при условии, что ей заплатят за дом, в котором, по ее словам, она прожила семь лет.

- Почему я должна оставлять свой дом? Чтобы он упал совсем, а я буду валяться по улицам? Вот вы знаете, что я перехожу (жить в этот дом, - ред.), и на случай, если со мной или что-то с моими детьми произойдет, то будете знать, что они нас убили!

Фото: дом Ефросинии Чеботарь, которая намерена вернуться в Лощиновку

На вопрос как отреагировали соседи на ее возвращение, она отвечает, что ей ничего не говорят, некоторые даже рады этому, а со всем остальным селом женщина не общается. За несколько домов от жилья Ефросинии я встретила мужчину со стремянкой, который помогает ей делать ремонт. По словам Валика, отказать он ей не мог, потому что его жена - также ромской национальности.

- Что тогда летом произошло никто объяснить не может, - говорит мужчина. - Кто-то пьяный закричал, чтобы идти рушить цыганские дома, и вся толпа бросилась это делать без разбору.

- Можно было бы этого человека (убийцу - ред.) выловить и спросить только с него, - рассуждает, сидя на лавке по соседству с Измаильской пенсионер Дмитрий Кириллович. - Вот для него и есть место - тюрьма, а остальных - не трогать.

Однако немногие в селе так думают. Например, новостью о том, что Ефросиния решила вернуться, местная жительница Надежда была удивлена. Она ответила, что цыганка говорит, что ремонтирует дом для продажи, но никак не для ее переезда обратно.

- Решать, сможет она переехать или нет, будет не она, а сельсовет, - холодно ответила женщина.

Если ромы начнут возвращаться, то люди снова будут бунтовать, уверена Нина Ивановна, соседка Халевичей, еще одной изгнанной из Лощиновки ромской семьи. По ее словам, Халевичи не прожили и года в этом селе, думали переезжать в другое село - Тузлы. Поэтому пенсионерка и советовала Зинаиде Халевич не наживать в селе врагов и уезжать оттуда. Одной из причин такого неприятия жителями села ромов она называет наглое поведение многих из них.

- У нас и раньше жили цыгане, и я училась с цыганами, но такого не было - они себя ведут, как будто бы они здесь короли! - жалуется Нина Ивановна. - Пустующие дома занимали и даже не спрашивали. Вот нам говорят, что заявлений с жалобами не было. А кому мы будем писать, если один участковый на 3-4 села? Люди жаловались председателю сельсовета, а он пожимал плечами. Говорят, обращайтесь в милицию, а я уверена, что они купили и милицию.

Я просила главу сельсовета Виктора Паскалова о встрече в субботу, 12 ноября, в селе, но он отказался, сославшись на занятость. В кратком телефонном разговоре он заявил, что сельсовет безосновательно, по его мнению, обвиняют в ксенофобии. К тому же в селе осталось несколько семей ромов. В Лощиновке живут сейчас только те цыгане, которые прожили в селе несколько десятков лет - именно такой критерий "отбора" кому из ромов жить, а кому нет в деревне, сказал Виктор Паскалов.

Отбор по прописке

Спустя почти три месяца после конфликта, изгнанные ромы фактически остались на улице, говорит общественник Владимир Кондур. По его словам, неоднократно подавались письма с просьбой помочь с жильем и в сельский совет, и в Измаильскую райгосадминистрацию. Но никаких конкретных ответов они не получили, утверждает Кондур, охарактеризовав позицию власти по данному вопросу - "как-то само собой рассосется".

- Существует решение власти о том, что неудобных людей нужно выселить, - говорит Владимир Кондур. - Но там если и какой-то конфликт есть, то между несколькими людьми. При чем тут все остальные?

Когда стал вопрос о том, что ромам нужно выселиться из этой территории, то на какую-либо компенсацию за жилье могли рассчитывать только законные его собственники, заявила глава Измаильской райгосадминистрации Валентина Стойкова. Зарегистрированных в Лощиновке и собственников жилья было сравнительно немного.

Всего прописано в селе 42 рома, треть из которых миграционная служба зарегистрировала в доме по ул. Измаильской, 27. А там и не дом совсем, один голый фундамент. По словам чиновницы, на какую-либо компенсацию может претендовать только Ефросиния Чеботарь, как законная хозяйка дома по Измаильской, 105. По факту разрушения ее дома начато уголовное производство.

- Было еще семь поврежденных домовладений, в которых жили лица ромской национальности, - рассказывает Стойкова. - Но они не могут к нам обращаться за возмещением ущерба, потому что по документам их там нет. Они не собственники домов, а компенсировать в этом случае что-либо мы никак не можем.

Также, по словам Стойковой, они разъяснили ромам, что райгосадминистрация жилье вообще не распределяет, а квартирная очередь у них отсутствует. Они порекомендовали всем пострадавшим обращаться по вопросам жилья по месту их постоянной регистрации.

- В Белгород-Днестровском нас никто не примет, потому что мы там уже 10 лет не живем, - говорит Елена Чурар. - И домовая книга у нас сгорела! Как мы сейчас туда придем? Пусть они оценивают наши дома и предлагают нам что-то взамен их. Мы давали расписки, когда деньги за эти дома платили, мы за "спасибо" там не жили!

В свою очередь, в Одесской облгосадминистрации нашли пустующие помещения в одном из сел Березовского района. Но, по словам Стойковой, ромы от него отказались. Люди не понимают, что они могут в принципе рассчитывать на жилье, цена которого равна стоимости их разрушенных домов.

- Ребята, давайте немного спуститесь с небес на землю! Я тоже хочу иметь коттедж на берегу Черного моря, но это всего лишь мои желания, - говорит глава райгосадминистрации. - Сегодня дом в Лощиновке стоит около одной тысячи долларов, и пустого жилья там достаточно. А они хотят дом в Измаиле, а разница в стоимости как минимум в 30 раз.

Сестры утверждают, что они на переезд даже в другие районы согласны. А пока просят от администрации хотя бы временного жилья в каких-то общежитиях. В предложенном же селе в Березовском районе всего пять домов, в город добраться невозможно, нет воды, ни магазина с аптекой, работы тоже нет.

- Почему других людей туда не отправляют? Если мы - цыгане, то нас можно, как собак, туда закинуть? - возмущается Елена. - Даже если я здесь не прописана, почему я должна туда ехать? Какое будущее у детей там будет - как звери будут там бегать и людей раз в месяц видеть?

Пока ромы пытаются отстоять свое право на жилье, следствие по делу об убийстве восьмилетней девочки продолжается. Подозреваемый Михаил остается в СИЗО. По селу ходят разные версии о том, кто мог это совершить. Отметим, что сначала 21-летний мужчина признал свою вину в изнасиловании и жестоком убийстве ребенка. Сейчас же он полностью отрицает свою причастность к этому.