Путь к анафеме: почему Филарет собирается расколоть Православную церковь Украины

"Раскольник Филарет своими действиями вредит украинскому православию". Год назад, на первых этапах истории с получением томоса об автокефалии, такой тезис можно было услышать только из лагеря УПЦ (МП) или РПЦ. Сейчас же о Филарете точно так же отзываются прихожане уже самой Православной церкви Украины.

Нынешний конфликт внутри ПЦУ, который постепенно подходит к кульминационной фазе, в публичную плоскость вышел около месяца назад. Не слишком интересующаяся церковными делами после успешного получения томоса общественность с удивлением узнала, что "отец украинской церкви" – Филарет –  на самом деле крайне недоволен сложившимся положением вещей. Один за другим пошли громкие заявления, интервью и пресс-конференции почетного патриарха, перемежаемые его попытками на практике проверить фактический расклад сил внутри церкви.

Если вкратце, главная претензия Филарета сводилась к тому, что он потерял реальную власть в ПЦУ, которая ему якобы была обещана еще перед объединительным собором в декабре прошлого года. При этом он до сих пор считает себя не обычным членом синода ПЦУ с неофициальным статусом "почетного патриарха", а полноценным патриархом Украинской православной церкви Киевского патриархата, а сам УПЦ КП, соответственно, – до сих пор действующей церковью.

Параллельно Филарет заявляет, что томос об автокефалии от Константинопольского патриархата – неправильный и ненастоящий, сама ПЦУ в его версии попала в зависимость от Фанара, а его ставленник на пост предстоятеля ПЦУ митрополит Епифаний оказался "большой ошибкой" и "слугой Вселенского патриарха". Поместного собора, на котором был распущен УПЦ (КП) накануне создания ПЦУ, по словам Филарета тоже не было, самого роспуска не было тоже, был лишь некий "сбор подписей под постановлением поместного собора".

То, что сам Филарет первым поставил подпись под решением о роспуске УПЦ (КП) (в открытом доступе есть подтверждающие это документ и видеозапись), почетного патриарха не останавливает, отказ от патриархата он называет "ситуативным". "Киевский патриархат был, есть и будет", - повторяет Филарет и подкрепляет слова действиями: не подает документы на перерегистрацию Киевской патриархии и ее вхождение в состав ПЦУ, издает документы на бланках УПЦ (КП), выдает награды от имени патриарха и т.д.

14 мая на "братскую встречу" с Филаретом во Владимирский собор по его приглашению приехали лишь четыре архиерея ПЦУ из более чем шестидесяти – трое из них руководят приходами на территории РФ, один, Климент, - в оккупированном Россией Крыму.  24 мая на синод ПЦУ выразил поддержку митрополиту Епифанию и подтвердил верность решениям декабрьского объединительного собора. Филарет – единственный из членов синода – это решение не подписал.

На некоторое время показалось, что после оценки своих сил Филарет решил прекратить дальнейшую эскалацию конфликта. 25 мая он пришел в Михайловский собор на литургию в честь именин митрополита Епифания. Накануне, 22 мая, провел встречу с константинопольским экзархом Эммануилом, который очевидно приехал с миротворческой миссией. Примечательно, Филарет пришел на встречу без своего привычного головного убора –  белого патриаршьего куколя, что было явным символическим жестом.

Но вскоре выяснилось, что почетный патриарх лишь собирался с силами перед решающей схваткой. 28 мая он отстранил от служения близкого к Епифанию Александра Трофимлюка (Епифаний в ответ переподчинил приход Трофимлюка лично себе, денонсировав указ Филарета). 3 июня Филарет собрал на встречу священников киевской епархии, которую он официально возглавляет и призывал их не переходить в ряды ПЦУ.

Наконец, 11 июня Филарет перешел от слов к реальным действиям. На Форуме украинской интеллигенции "За Украинскую православную церковь! За Киевский патриархат!", куда привлекли также представителей украинского казачества, Филарет объявил о созыве на 20 июня поместного собора УПЦ (КП), чтобы подтвердить существование Киевского патриархата и отказаться от томоса об автокефалии.

Естественно, такие действия не останутся без реакции со стороны руководства ПЦУ и, скорее всего, и Константинопольского патриархата, вплоть до анафемы.  

В последние недели в адрес Филарета было много намеков разной степени прямоты о том, что 90-летний почетный патриарх уже не до конца осознает последствия своих действий. Но заявления самого Филарета свидетельствуют об обратном: он прекрасно понимает, что делает и к чему это может привести. "Мы можем сохранить Киевский патриархат. Пусть он будет маленьким, но со временем вырастет в большую церковь", - заявил он на "форуме интеллигенции".

Насколько глубоким окажется этот раскол – вопрос открытый, но позиции Филарета пока выглядят не особо убедительно. Абсолютное большинство епископата ПЦУ его не поддерживает. Активная часть православной общественности – тоже. С приходом к власти Епифания они связывают надежды на глубокое реформирование украинской церкви, под это уже даже подготовлен программный документ – "10 тезисов для Православной церкви Украины". Не особо вникающим в церковную жизнь "бытовым" православным Филарет вряд ли объяснит суть своих претензий к ПЦУ – вроде зависимости от Константинополя и получения оттуда миро для богослужений и невозможности готовить его самому. "Атеисты Киевского патриархата" тоже радовались получению томоса и независимости украинской церкви как одного из инструментов борьбы с российской агрессией и не поймут, почему надо внезапно отказаться от победы, добытой с большим трудом. Словом, перед Филаретом открываются весьма маргинальные перспективы.

Несомненно, собор Филарета, если он действительно состоится, вызовет лишь откровенные насмешки со стороны оппонентов – УПЦ (МП) и материнской для нее РПЦ, мол, мы же говорили, что из идеи с автокефалией ничего не выйдет, а украинские раскольники только и могут, что ругаться между собой. Процесс перехода приходов в ПЦУ, который в последние несколько недель фактически прекратился, на некоторое время может быть и вовсе заморожен. Лояльные к РПЦ поместные церкви в очередной раз получат дополнительные аргументы в пользу непризнания каноничности ПЦУ.

Но, парадоксальным образом, в стратегической перспективе нынешние события могут пойти ПЦУ даже на пользу – в случае если с Филаретом уйдет действительно лишь небольшая часть духовенства и прихожан. В церковных и околоцерковных кругах ни для кого не секрет, что именно личность почетного патриарха до сих пор является одной из помех для признания ПЦУ мировым православием. И снятие с него анафемы Константинопольским патриархатом на ситуацию особо не повлияло. А признание от других церквей, в свою очередь, будет стимулировать к переходу в ПЦУ украинских православных.

Каноничность, анафема, каноничность и снова анафема – пока жизненный путь Филарета представляется именно так. В разное время получить анафемы сразу от двух поместных церквей – сомнительный и достаточно печальный итог незаурядного жизненного пути.