Замминистра экономики Ковалив: Мы должны перейти к профессиональной государственной службе

Реформа корпоративного управления НАК "Нафтогаз-Украины", по мнению правительства, должна стать образцом для реорганизации и других крупных госактивов. Чтобы уменьшить политическое влияние на НАК со стороны Минэнерго, акции компании были переданы в МЭРТ, а управление будет отдано набсовету. О том, как проходит реформа, что в МЭРТ считают критериями независимости и о своих политических амбиция РБК-Украина рассказала замминистра экономразвития и торговли Юлия Ковалив.

РБК-Украина: В прессе периодически появляются "шахматки" состава нового Кабмина. В них вы фигурируете в двух ипостасях – то как министр экономразвития, то как министр энергетики. Ведутся ли с вами переговоры по поводу того или иного назначения, и входит ли в ваши планы возглавить какое-либо ведомство?

Юлия Ковалив: Меня спрашивали, готова ли я в принципе работать в исполнительной власти, предлагали несколько должностей, и здесь моя позиция очень проста. Все зависит от нескольких вещей. Первое: какой будет программа следующего правительства, продолжаем ли мы и дальше проводить реформы, или же мы занимаемся популизмом. И если продолжаем реформы - то это приближает меня к положительному ответу на вопрос о моей готовности работать в Кабмине.

Важно понимать, что один или несколько людей не способны быстро показать результат и работа конкретного министерства или правительства в целом - это работа команды. И, если соберется критическая масса людей, которые готовы работать над изменениями в стране, тогда в такой команде найдется место и для меня. То есть, второй ключевой момент, который важен лично для меня – какой будет команда.

И третье - это, как это ни банально, но мы должны перейти к профессиональной государственной службе. Этот переход должен обеспечить госчиновникам, которые не имеют своего бизнеса и других доходов достойный уровень заработной платы. И я говорю не только о команде министров и их заместителей. Мы должны иметь возможность нанять в министерства эффективных специалистов, которые бы видели возможности своего карьерного роста на госслужбе.

РБК-Украина: Вы сказали, что вы в принципе видите свое будущее в исполнительных органах власти. Но я так и не услышала - министром вы себя видите? Например, министром энергетики.

Юлия Ковалив: В текущих услових скорее нет.

РБК-Украина: А почему нет?

Юлия Ковалив: Энергетика один из самых тяжелых для реформирования секторов экономики. Реформы в энергетике затрагивают много аспектов - и реформу социальной помощи, и бюджетную реформу. Плюс он больше всего подвержен критике и популистическим выпадам. Взять хотя бы вопрос повышения тарифов. Сейчас у нас отсутствует последовательность и единение в проведении таких радикальных реформ. Поэтому энергетика на сегодня достаточно тяжелый и сложный сектор.

РБК-Украина: Больше можно сделать на должности министра экономики...

Юлия Ковалив: Мне 31 год, сказать, что у меня сейчас самая заветная мечта - занять какую-то должность, скажу честно - нет. Я хочу работать на результат. Иногда на должности заместителя можно сделать больше – меньше политики.

РБК-Украина: Вас называют человеком главы АП Бориса Ложкина, Говорят на должность в МЭРТ вас рекомендовал именно он. Можете ли вы себя назвать его человеком? Какие у вас с ним отношения?

Юлия Ковалив: Смотрите, я работала в НКРЭКУ. Регулятор подчиняется президенту. Конечно, есть какие-то решения, для принятия которых нужны были поддержка и понимание как со стороны правительства, так со стороны президента. Например, вопрос повышения тарифов. Понятно, что нам, как членам комиссии, напрямую общаться с президентом было сложно, поэтому и я, и мои коллеги обсуждали рабочие вопросы с Администрацией президента. Но это не только с Ложкиным, но и с Александром Данилюком, с Дмитрием Шимкивым, с другими людьми. А когда были такие рабочие вопросы, самый высокий уровень, на который мы могли достучаться - был Борис Ложкин. Поэтому сказать, что я – человек Ложкина...

РБК-Украина: То есть, до вашей работы в регуляторе вы не были знакомы с Ложкиным?

Юлия Ковалив: Я была с ним знакома еще когда он возглавлял UMH, но это было очень эпизодическое общение. . Затем в НКРЭ были рабочие совещания вместе с представителями правительства, представителями Администрации президента, Мы обсуждали много разных вопросов. Поэтому наверное отсюда и появились вот такие вот домыслы ...

РБК-Украина: Хорошо, давайте поговорим о реформе корпоративного управления госпредприятий и в частности, НАК "Нафтогаз-Украины", который должен стать successful story. К тому же вы назначены членом набсовета НАКа. Сам НАК еще в пятницу, 31 марта, заявил, что план реализации реформы компании отстает на 5 месяцев. Как вы считаете, чем вызвано такое отставание?

Юлия Ковалив: Начнем с того, что мы разработали программу реформы корпоративного управления НАК "Нафтогаз" вместе с нашими международными партнерами - Всемирным банком и ЕБРР. Причем, ЕБРР нас поддерживает в целом в реформе корпоративного управления всех государственных компаний. План реформы корпоративного управления НАКа был утвержден в ноябре прошлого года, и он делится на две фазы.

В первой фазе мы уже почти осуществили все ключевые шаги, а вторая должна завершиться в 2017 году. Так, первым значительным шагом в реформе корпоративного управления НАК "Нафтогаза" стал его новый устав и стало его переподчинение Министерству экономики. Это, в первую очередь, было сделано для того, чтобы разграничить влияние органа, который формирует политику - policymaker (Минэнерго) и органа, который управляет компанией (МЭРТ).

Второй важный шаг - создан независимый наблюдательный совет компании. Большинство в набсовете составляют независимые директора, которые являются иностранцами - из 5 членов, номинационный комитет выбрал трех иностранцев. Плюс, по новому уставу очень многие решения по поводу деятельности компании переносятся с политического уровня (Министерства) к уровню управленческому. Согласно новому уставу "Нафтогаза", члены наблюдательных советов не будут иметь прямых директив на голосовании и должны действовать в интересах компании. Таким образом, у нас одна из самых политизированных компаний уже выводится из под политического влияния.

РБК-Украина: Все-таки, что происходит с выполнением плана? Насколько, я понимаю ситуацию, существуетс определенный конфликт интересов между предыдущим policymaker - Минэнерго, у которого есть свой план реформы, и НАКом. То есть, на самом деле плана реформы два?

Юлия Ковалив: У нас есть задержка и она связана с тем, что Верховная Рада поздно проголосовала наш законопроект о реформе корпоративного управления государственных компаний. И плюс сейчас мы получили вето от президента с отдельными предложениями, которые мы, я надеюсь, за это неделю отработаем и на следующей неделе будем просить Раду, чтобы поставили законопроект на голосование. Фактически у нас большинство документов на финальной стадии готовности, мы ждем закона, который в целом меняет систему корпоративного управления, и после этого на его базе точечные изменения, которые будут касаться НАК "Нафтогаз Украины" будут приняты. Поэтому я бы не говорила о 5 месяцах задержки. Но у нас есть еще другой блок, который касается разделения НАК (unbundling). И это, с одной стороны, реформа самой внутренней системы компании, а с другой стороны - это выполнение наших обязательств в рамках Третьего энергетического пакета.

РБК-Украина: И вот тут, собственно, камень преткновения с Минэнерго?

Юлия Ковалив: У нас действительно есть две концепции по unbundling, которые в конце доходят до одной и той же модели. В них отличается так называемый переходной период. Второй момент, вокруг которого у нас сейчас идет дискуссия - вопрос самой реализации unbundling. Поскольку НАК "Нафтогаз Украины" является стороной арбитражного процесса в Стокгольме и судебное разбирательство также касается вопросов ГТС, это непосредственно влияет на реализацию проекта.

И третий вопрос - это вопрос самой реформы корпоративного управления нашего оператора ГТС – "Укртрансгаза", которая должна начаться в ближайшее время. Потому что оператор - один из ключевых игроков, который обеспечивает свободный доступ к рынку природного газа. И, разумеется, в любой из моделей, уделяется большое внимание оператору, потому что без независимого оператора, который влияет на рынок, конкуренция может быть очень ограниченной.

РБК-Украина: Изначально необходимость реформы была продиктована тем, что нужно было ограничить влияние policymaker, которым был Минэнерго, на процесс реализации реформы и дальнейшей стратегии реформы "Нафтогаза". Независимым органом, представляющим интересы акционеров, должен был стать Кабмин. Но НАК почему-то был поспешно передан в компетенцию МЭРТ. Зачем компанию от одного ведомства передали другому?

Юлия Ковалив: На самом деле Министерство энергетики было акционером, и с другой стороны это орган, который формирует политику в нефтегазовом секторе. То есть, априори у Минэнерго конфликт интересов, ведь, с одной стороны - это единственный акционер большой госкомпании, и, соответственно, заинтересован в ее прибыльности, с другой стороны, устанавливает правила игры для всего рынка. А если министерство один из игроков рынка, нельзя говорить о конкурентных правилах игры для всех.

РБК-Украина: То же самое можно сказать по поводу МЭРТ.

Юлия Ковалив: На самом деле МЭРТ сегодня выполняет функцию исключительно акционера компании. Акционер - это сторона, которая определяет стратегию компании на рынке, утверждает ключевые показатели эффективности ее деятельности, принимает ключевые решения, касающиеся распоряжения ее активами, слияния, создание дочерних предприятий и так далее. Но МЭРТ не формирует политику в энергетической сфере, поэтому мы этот конфликт интересов как раз и разорвали.

РБК-Украина: А почему было принято такое решение? Почему главный акционер - МЭРТ, а не Кабмин?

Юлия Ковалив: Потому что Кабинет министров - это коллегиальный орган, в состав которого входят все министры и вице-премьеры. Кроме Секретариата, который занимается поддержкой его же операционной деятельности, в Кабмине нет аппарата как такового. А для непосредственно выполнения функций акционера банально нужны люди, которые будут заниматься аналитической работой, отрабатывать конкретные решения, будут готовить документы. На самом деле те компании, которые починены Кабмину, как правило, они свои решения все равно выносят на заседание правительства через какое-то министерство.

РБК-Украина: Формировать политику в отрасли по-прежнему будет Минэнерго, а набсовет займется лишь операционным управлением компании? Тогда, что будет делать руководство НАКа? Давайте разберемся, у кого какие функции будут?

Юлия Ковалив: Операционная работа, которая касается заключения договоров, продажи газа, управление дочерними компаниями, это все - ответственность менеджмента компании. И он точно должен быть аполитичным. Вышестоящим органом управления является набсовет. Он формирует три комитета - аудиторский комитет, комитет по вознаграждению и назначениям и комитет по вопросам этики. Набсовет выбирает независимого аудитора, согласовывает финансовый план компании, который до 2017 года (в переходной период) будет утверждать акционер. Набсовет оценивает работу менеджмента компании, выдвигает предложения МЭРТ касательно кадровых вопросов в топ-менеджменте компании.

Важно понимать, что набсовет разрабатывает стратегию компании и предварительно согласовывает крупные сделки, которые на 10% превышают стоимость активов НАК. Набсовет не занимается операционной деятельностью, но занимается стратегическими решениями.

Акционер, в данном случае - Минэкономики, будет принимать решения, касающиеся ликвидации отдельных "дочек" компании, ее дальнейшей реструктуризации, о выплате дивидендов, изменения уставного капитала. Часть этих полномочий МЭРТ осуществляет лишь до 2017 года.

РБК-Украина: Камнем преткновения в реализации реформы во многом еще является и недоверие общественности к такой компании, как НАК "Нафтогаз". Какие гарантии независимости работы набсовета могут быть гарантированы обществу? Вот опять же, если мы возьмем вышеупомянутых иностранных членов набсовета, которые работали в серьезных компаниях, где гарантии, что они будут отстаивать интересы Украины, а не интересы международных организаций?

Юлия Ковалив: Все эти вопросы, которые вы задаете, это - предубеждения. Нужно изменить подход к госкомпаниям, когда они воспринимаются лишь как политический игрок. Госкомпании 25 лет обслуживали чьи-то политические интересы, и понятно, почему к ним такое отношение.

Во-первых, никто, в том числе, и правительство, не может давать никакие директивы или поручения ни одному члену набсовета, как голосовать или какое решение поддерживать. Полностью исключается политическое влияние на членов набсовета. В "Нафтогазе" - это первый такой случай, когда они будут действовать в интересах компании. Второе, что касается иностранцев. В бизнесе независимые члены наблюдательных советов это - обычная практика.

Кроме того, что это – престижно и хорошо оплачиваемо, это позволяет людям, которые не всегда занимаются операционной деятельностью предприятия, посмотреть на те или иные процессы со стороны. Потому мы и выбирали людей, которые имеют опыт в нефтегазовом бизнесе. Мы хотели, чтобы в набсовете работали люди, которые хорошо знают корпоративные правила и этику, чтобы они эту иностранную культуру принесли в украинский госсектор.

РБК-Украина: То есть, ключевой гарантией независимости работы набсовета является безупречная репутация его членов?

Юлия Ковалив: Репутация и опыт.

РБК-Украина: Насколько руководство компании НАК "Нафтогаз" будет иметь право вмешиваться в работу набсовета, влиять на набсовет?

Юлия Ковалив: Работа наблюдательного совета - это не работа людей, которые живут на другой планете. Конечно, часть решений будут предлагаться менеджментом компании. С другой стороны, поскольку компания является одной из крупнейших в стране и во многих случаях регулируемой, позиция правительства также может учитываться в некоторых вопросах. Все решения набсовета будут коллегиальными. И, поверьте, когда решения принимаются коллегиально, и члены совета являются профессионалами для которых очень важны их имя и репутация - то вероятность внешнего влияния минимальна.

К тому же, большинство независимых директоров, которые вошли в состав наблюдательного совета, входят в наблюдательные советы и других компаний.

РБК-Украина: Когда должен завершится процесс формирования набсовета?

Юлия Ковалив: Предположительно, неделя - две, не более. После того, как он формируется, официально утверждается, а это займет максимум неделю-полторы, после того уже можно планировать первое заседание наблюдательного совета. В принципе, оно может состояться и через 2 недели, и через 3 недели, это вопрос доступности людей. Так как часть из них иностранцы, вопрос состоит в том, когда эти люди могут собираться. Единственное скажу, когда мы выбирали независимых членов наблюдательного совета, одно из условий было - уделять не менее 50 дней в году работе с "Нафтогазом".

РБК-Украина: До апреля 2017 года набсовет работает в режиме переходного периода. Зачем он необходим и каковы его условия?

Юлия Ковалив: Кабмин в течение года должен подать в Верховную Раду законопроекты, которые обеспечивают передачу полномочий от акционера в Набсовет. Когда мы говорили о второй фазе реформы корпоративного управления, мы говорили и о части законопроектов, которые необходимо принять, чтобы вторая фаза начала работать. С 2017 года некоторая часть полномочий будет передана от акционеров в наблюдательный совет.

РБК-Украина: Каких?

Юлия Ковалив: Это касается назначения топ-менеджмента и финансового плана. Это два ключевых полномочия, которые перейдут от акционера в наблюдательный совет в 2017 году.

РБК-Украина: если НАК станет успешным опытом реформы, когда можно ожидать реформирования других госактивов и каких именно?

Юлия Ковалив: Мы не будем ждать результатов работы набсовета "Нафтогаза", нам кажется, что мы на правильном пути. Мы уже запустили реформу корпоративного управления "Укрзализныци", готовим пилотные проекты корпоратизации "Укрэнерго", в будущем - "Укртрансгаза", который в рамках процедуры разделения "Нафтогаза" должен стать самостоятельной компанией.

РБК-Украина: В Кабмине уже 2 года говорят о корпоратизации "Укрзализныци", на каком этапе эта реформа?

Юлия Ковалив: Сейчас не идет речь ни о приватизации "Укрзализныци", ни тем более о передаче ее в МЭРТ. В то же время уже запущен процесс корпоратизации компании - в 2015 году госпредприятие изменило организационную форму с ГП на ПАО, был создан наблюдательный совет, он даже провел первую встречу и выбрал главу. Сегодня компания активно трансформируется - раньше у нас было 5 региональных железнодорожных управлений, которые вошли в обновленную структуру ПАО. Мы пытаемся создать новую стратегию развития компании. Для этого планируется привлечь одну из мировых консалтинговых компаний. Мы уже знаем, что обновленная "Укрзализныця" будет очищена от непрофильных активов, будут оптимизированы все бизнес-процессы - логистика, закупки, система принятия решений, планирования расходов. Планируется, что Мининфраструктуры больше не будет определять ценовую политику - будет создана отдельная комиссия, по примеру НКРЭКУ, которая станет независимым регулятором на рынке железнодорожных перевозок.

РБК-Украина: Что получит конечный потребитель в случае с реформой, например Нафтогаза или УЗ? Можно ли уже сейчас говорить, что после реформы вырастет цена газа до рыночной? И означает ли это, что с ростом качества госуслуг, будет расти их цена? Как это коррелируется с низким уровнем доходов населения?

Юлия Ковалив: Качество услуг на сегодня отвечает их цене. Мы не можем ожидать высокого уровня сервиса практически бесплатно. Это утопия.

Рыночные цены на газ, энергоносители - вместе с устранением коррупционных рисков, залог успешной бизнес-модели государственных энергетических предприятий. В противном случае, их долги покрываются из государственного бюджета за счет тех же налогоплательщиков. В результате - это недостроенные дороги, недофинансированные школы и т.д. Без рыночных тарифов мотивация потребителя к энергоэффективности стремится к нулю.

Параллельно с ростом тарифов растут требования к качеству услуг – замена счетчика, ремонт трубы, подключение к сетям не может длиться месяцами. Это вправе и должен требовать потребитель. Если компания не справляется - значит, она уходит в рынка.

Беседовала Мария Цатурян.