Возвращение в Ось зла: что означает отказ Трампа от ядерной сделки с Ираном

Президент США Дональд Трамп объявил о выходе Вашингтона из так называемой "Иранской ядерной сделки" и о готовности ввести санкции в отношении Тегерана. Он уже заявлял о том, что сделка никак не ограничивает работу над ракетной программой Ирана, а снятие санкций приносит в экономику Исламской республики дополнительные 100 миллиардов долларов. Заявление премьера Израиля Биньямина Нетаньягу от 30 апреля о том, что Иран скрывает от мира подробности своей оружейной программы, упали на подготовленную почву. Подробности – в материале РБК-Украина.

Иранская сделка, официально называемая "Совместный всеобъемлющий план действий", - это, фактически бартерный договор, согласно которому Иран взял на себя в 2016 году обязательства не производить ядерное оружие в обмен на снятие Западом санкций.

Эти санкции, введенные в 2006 году в дополнение к вступившим в силу после Исламской революции 1979 года, здорово тормозили иранскую экономику, так как запрещали иностранным компаниям участие в нефтегазовом и химическом секторах исключительно богатой углеводородами страны, а также, что самое болезненное, экспорт нефтепродуктов.

Били санкции и по банковской системе Исламской республики, так как запрещали инвестиции в любые объекты, связанные с Корпусом стражей Исламской революции - всесильной спецслужбой, контролирующей не только настроения всех иранцев от дворников до министров, но и крупнейшие финансовые учреждения страны.

Так что для Тегерана сделка, предусматривающая в обмен на снятие ограничений отказ от запасов обогащенного урана (обедненный, непригодный для производства оружия, разрешалось оставить), допуск иностранных специалистов на все объекты, связанные с атомной программой, и разрешающая использование лишь одной центрифуги для обогащения ядерного топлива, была очень к месту.

К моменту заключения сделки, вступившей в силу 16 января 2016 года, и на Западе она воспринималась как победа: мир избавляли от потенциальной ядерной угрозы, да еще и дешевая иранская нефть вот-вот должна была хлынуть на вечно требующие все новых энергоносителей рынки Европы и Северной Америки.

Но не все так гладко: у американских республиканцев, да и не только у них, с самого начала были подозрения, что иранцы пустили иностранных наблюдателей далеко не на все свои атомные объекты. А даже если и на все, то уступки, на которые пошел Иран, не означали полного отказа от оружейной программы раз и на всегда. Так, та часть сделки, где речь шла об отказе от производства обогащенного урана, ограничивалась 15 годами, а та, что разрешала использование лишь одной центрифуги - и вовсе десятью. Тот же Дональд Трамп, уже заняв президентский пост, жаловался и на то, что сделка никак не ограничивает работу над ракетной программой Ирана, а снятие санкций приносит в экономику Исламской республики дополнительные 100 миллиардов долларов, которые, уверен Трамп, будут потрачены на оружие и террор по всему Ближнему Востоку.

Поэтому выcтупление 30 апреля этого года израильского премьера Биньямина Нетаньягу, в котором он объявил о том, что Иран скрывает от мира подробности своей оружейной программы, упали на подготовленную почву. Вскоре после этой речи Нетаньягу и представления им документов, выкраденных израильскими спецслужбами из Ирана (из них, в частности, следует, что Иран располагает или располагал тайными ядерными объектами, о которых ничего не было известно иностранным наблюдателям), американский президент заявил о готовности пересмотреть отношения с ближневосточным государством.

И вот пересмотрел.

- Для меня ясно, что мы не может предотвратить появления у Ирана атомной бомбы из-за гнилой структуры этой сделки, - заявил президент США, объявляя о выходе его страны из соглашения.

В распространенном Казначейством США заявлении говорится, что американские санкции в отношении Ирана будут восстановлены в течение девяноста дней. Коснутся они нефтяного сектора, экспорта самолетов, торговли драгоценными металлами и даже будут препятствовать попыткам иранского правительства купить наличные доллары.

Однако кроме США под Иранской сделкой стоят подписи представителей Европейского Союза, России и Китая. И пока никто из них не встал на сторону Трампа и не заявил о возобновлении санкций. Наоборот, в Евросоюзе заявили о готовности защищать до конца те европейские компании, что наладили отношения с Ираном. В ближайшие дни должна состояться встреча глав МИД ведущих стран Европы и Ирана, на которой министры обсудят совместные действия. Официально Брюссель говорит, что хоронить сделку преждевременно.

Отреагировали на американский маневр и в Тегеране.

- Я уже отдал распоряжение Организации по атомной энергии Ирана приготовиться к действиям, если таковые потребуются. И, в случае необходимости, мы сможем возобновить обогащение урана в промышленных масштабах без каких-либо ограничений, - заявил иранский президент Хасан Рухани, добавив, что решение о возобновлении программы в том виде, что существовал до соглашения, может быть принято только после переговоров с другими подписантами.

Рухани, что называется, делает хорошую мину при плохой игре. Американские санкции явно чувствительнее всех остальных вместе взятых, хотя бы потому, что США все еще остаются экономикой номер один в мире. И их ослабление пару лет назад действительно привело к существенному оживлению иранской экономики и возрождению основательно просевших отраслей, таких как нефтехимия. Возобновлении санкций со стороны одних лишь США обернется для Ирана пускай и не катастрофой, но серьезными экономическими трудностями.

И это прекрасно понимают, и в Вашингтоне, и в Тегеране. Поэтому, вероятно, нынешний кризис в отношениях между США и Ираном приведет не к глобальной атомной войне (тем более, у Ирана еще нет готовой бомбы), а к пересмотру отношений между двумя странами. Не зря же Трамп жаловался на половинчатость обязательств Тегерана. Это "голубь" Обама готов был снимать санкции в обмен не на отказ от производства обогащенного ядерного топлива, а лишь на его приостановку.

"Ястреб" Трамп, вероятнее всего, готов будет возобновить действие сделки, если Иран возьмет на себя более строгие обязательства как по ядерной, так и по ракетной программам.

Осталось лишь дождаться и увидеть, готов ли на это Иран или перспектива обладания собственной бомбой покажется Исламской республике более заманчивой, чем миллиардные вливания в экономику.