Вопросы без ответов. Почему рассыпается история про "вагнеровцев"
Почему тему "вагнеровцев" первыми запустили российские пропагандисты? Почему их решили везти через Минск накануне прошлогодних выборов в разгар шпиономании Лукашенко? Почему в "спецоперации" задействовали обычный рейсовый самолет и кто бы нес ответственность за его возможную катастрофу? На эти и другие предметные вопросы авторы скандала с "вагнеровцами" за недели обсуждений так и не дали ответов. Почему подаваемая версия этих событий выглядит крайне сомнительно – подробнее в материале РБК-Украина.
История с "вагнеровцами" – одно из главных направлений медийной атаки на власть со стороны оппозиции. Ее активно поддерживают и некоторые финансово-промышленные группы, щедро предоставляющие оппозиционерам и близким к ним экс-сотрудникам спецслужб свои медиа-площадки.
Но красочно расписывая якобы имевшее место предательство со стороны украинской власти, оппозиция старательно уходит от ответа на ряд вполне очевидных вопросов. Они ставят под сомнение вторую часть описанной в СМИ операции "Авеню" – планов вывезти большую группу "вагнеровцев" из России в Беларусь, потом посадить их в рейсовый самолет на Стамбул и принудительно приземлить его в Украине.
Часть первая. Планирование
Первый вопрос к продвигаемой оппозицией версией событий возник уже давно: почему на историю с "вагнеровцами" так оперативно отреагировали российские спецслужбы и пропагандисты. Первоисточником информации стала популярная в РФ газета "Комсомольская правда", которая еще 6 августа прошлого года опубликовала огромный, детализированный материал по "вагнеровцам". Причем издание даже особо не скрывало, что не проводило собственное расследование событий, а просто изложило предоставленную российскими спецслужбами версию.
Ее быстро подхватили другие российские пропагандисты. А также их соратники в Украине, из числа работников пророссийских СМИ и прокремлевских лидеров мнений. Это вызывает целый ряд вопросов. Во-первых, как спецслужбы страны-агрессора смогли так быстро "расследовать" спецоперацию Киева и подготовить материал для "Комсомолки" с массой подробностей, а потом параллельно разогнать его по украинским и российским медиа? Во-вторых, не значит ли это, что о "спецоперации" давно были в курсе, а, может, и "вели" ее с самого начала?
В любом случае, это не снимает вопроса и к украинским спецслужбистам: почему они не допустили, что россияне могли как-то заметить "спецоперацию" по вербовке сотен боевиков для работы за рубежом, которая продолжалась много месяцев? И в выводах украинской ВСК, и в статье Bellingcat, и в заявлениях соавтора расследования Христов Грозева есть информация, что как минимум один из завербованных доложил об этом в ФСБ.
На самом деле, частные военные компании, под общим брендом "Группа Вагнера" отнюдь не являются какими-то вольными наемниками, независимыми от российских спецслужб. Допускать такое было бы крайне наивно.
Российские наемники (фото: Dan Kitwood/Getty Images)
Тем более, в открытом доступе много раз появлялась информация, которая доказывает: "вагнеровцы" – это неформальное подразделение Главного управления генштаба вооруженных сил РФ (более известного в обиходе как "ГРУшники").
Служба безопасности Украины много раз публиковала перехваты разговоров боевиков-"вагнеровцев" с действующими генералами ВС России, которые координировали боевые действия на Донбассе. Боевики Вагнера используют технику и оружие, имеющуюся только у российской армии, проходят подготовку на базе одной из бригад спецназначения Генштаба ВС РФ, получают награды лично от Владимира Путина.
Потому все боевики явно находятся "на учете" в соответствующих разведывательных структурах, которые постоянно привлекают их для боевых операций – не только в Украине, но и в Сирии, и в нескольких странах Африки. Словом, там, где надо скрыть или преуменьшить формальное российское военное вмешательство. А с учетом агрессивной международной политики Кремля, такие ситуации возникают постоянно. Следовательно, какую-то часть опытных боевиков надо всегда держать где-то в резерве, знать, где они находятся и чем занимаются.
Конечно, первая фаза операции, когда только собирались анкеты и добровольные свидетельства участия "вагнеровцев" в преступлениях на Донбассе, еще могла пройти успешно. Но крайне маловероятно, чтобы ни один из почти двухсот человек, которых, по данным Bellingcat, "отобрали" украинские разведчики, за несколько месяцев операции вообще ни разу не доложил о происходящем своему руководству в российском Минобороны. А там не провели хотя бы поверхностную проверку полученной информации.
Часть вторая. Беларусь
Многие другие пробелы в "оппозиционной" версии событий касаются технических деталей операций. Но именно они ставят ее под сомнение.
К примеру, можно взять эпизод с задержкой "вагнеровцев" на границе РФ и Беларуси, еще на их пути в Минск. По словам белорусского водителя автобуса, боевиков продержали около пяти часов. По данным Bellingcat, их не пропускали из-за неубедительной причины визита, а решить вопрос удалось покупкой фейковой справки о трудоустройстве в Беларуси для каждого из 33 участников группы. Конечно, версия о такой коррупционной схеме выглядит абсолютно правдоподобно. А вот допущение о том, что о переезде трех десятков мужчин спортивной внешности через границу никто из пограничников не доложил "наверх" – уже нет. Тем более, с учетом градуса истерии вокруг вездесущих "иностранных шпионов", который к прошлогодним выборам в Беларуси раскрутил Александр Лукашенко.
Еще до того, как "вагнеровцы" появились в Беларуси, Лукашенко на совещаниях с силовиками и в публичных выступлениях многократно заявлял об угрозах возможной силовой смены власти в стране, за которой могла стоять Россия – в том числе действуя и руками частных военных компаний. Могло ли организованное пересечение границы людьми соответствующей наружности, накануне судьбоносных для Беларуси выборов, остаться абсолютно незамеченным.
И главное: почему на это надеялись украинские спецслужбы? Почему решающую фазу "спецоперации" было решено проводить в настолько неблагоприятный момент? Здесь есть два сценария. Если экс-глава ГУР Минобороны Украины Василий Бурба, на словах которого и основана вся история про "вагнеровцев", действительно хотел добиться успеха операции, то почему он согласился с ее задержкой? Почему не был организован прямой трансфер в минский аэропорт с дальнейшей посадкой в самолет до Стамбула – напротив, "вагнеровцев" расселили под самым носом у Лукашенко? Тем самым фактически спровоцировав их задержание и дальнейшие события.
Экс-глава ГУР Минобороны Украины Василий Бурба (фото: из открытых источников)
Ответ может быть лишь один, очень неприятный для украинской разведки: провал операции планировался изначально, и в нем заранее собирались обвинить руководство Украины. Естественно, чисто в политических целях.
Выступая на телеэфирах, экс-руководство разведки, вероятно, само того не осознавая, расписывается в полном непонимании важных для национальных интересов Украины геополитических процессов – а это обязательное качество для спецслужбистов высокого уровня.
Крайне неудачно выбранный момент кульминации "спецоперации", перед самыми выборами – это первое. Второе – фактическая помощь России в дальнейшем поглощении Белоруси (вследствие чего Украине теперь приходится всерьез опасаться прямого вторжения еще и оттуда).
Ведь среди задержанных "вагнеровцев" минимум двое (Владимир Ли и Алексей Волгин) ранее засветились в Судане, где участвовали в подавлении местных протестов. Причем доказательства этого ранее публиковала именно СБУ.
С учетом подозрительности Лукашенко, которая перед прошлогодними выборами достигла параноидальных масштабов, это само по себе стало доказательством того, что РФ что-то замышляет в Беларуси – раз в страну прибывают россияне с опытом "работы" с массовыми протестами. После обнаружения боевиков Вагнера Лукашенко очевидно занервничал еще сильнее, начал совершать ошибки, отдавать приказы о запредельно жестоком подавлении любых протестов. Что в итоге закономерно привело его в объятия той же России – поскольку на Западе его признали нерукоподаваемым. А Украина получила лишних тысячу границ "опасной" границы.
Часть третья. Самолет
Самый "кинематографический" момент этой истории – идея с принудительной посадкой под Киевом пассажирского самолета с "вагнеровцами" – вызывает не меньше вопросов.
Во-первых, почему в принципе было решено везти такую большую группу боевиков на обычном рейсовом самолете? Почему рассчитывали, что сами "вагнеровцы" ничего не заподозрят – ведь обычно их возили на задания на спецчартерах или бортами 223-го летного отряда минобороны РФ? Почему не учли возможность обнаружения "спецоперации" разведками третьих стран, имеющих для этого достаточно инструментов? В частности, Турции, которая активно участвует в вооруженных конфликтах в Сирии и Ливии, и явно имеет досье на засветившихся в тех же странах "вагнеровцев". Необходимость лететь именно через Стамбул, получается, не смутила вообще никого, в том числе и самих боевиков?
Во-вторых, даже если бы операция удалась, без грандиозного международного скандала точно бы не обошлось. Штурм самолета Turkish Airlines украинским спецподразделением – это, по сути, вторжение на территорию страны, в которой он зарегистрирован, в данном случае, Турции. Откуда уверенность, что официальная Анкара дала бы согласие на операцию, о которой ей бы сообщили в разгар всех событий? Хотя Турция в последнее время активно сотрудничает с Украиной, страна все равно прежде всего думает о своих интересах, балансируя между Западом и Россией.
К тому же, уже в этом году случилась история, которая окончательно похоронила шансы на нормализацию отношений между Беларусью и Западом – принудительная посадка самолета с журналистом Романом Протасевичем. По многочисленным свидетельствам, россияне активно участвовали в этой, действительно реальной операции, в частности на этапе слежки за Протасевичем еще в греческом аэропорту вылета. Совпадение методов украинских и российских спецслужб – посадить пассажирский самолет в своем воздушном пространстве и задержать кого-то из находящихся на борту – тоже наталкивает на неприятные подозрения: кто кому подсказал идею, Киев Москве – или наоборот?
В-третьих, до сих пор не прозвучало ответа на максимально банальный вопрос: а что, если бы боевики заподозрили неладное и поняли, что самолет сажают не в Стамбуле, а где-то около Киева (ведь время полета отличалось бы в разы)? Дожидались бы они смирно своего ареста (с перспективами до пожизненного заключения) – или попытались бы захватить борт? Сил тридцати с лишним мужчин, имеющих военный опыт, для этого точно хватило бы, даже без использования оружия. Чтоб тогда случилось с пассажирами из разных стран мира? Кто отвечал за возможную катастрофу самолета из-за противостояния на борту? А если бы даже самолет приземлился – то украинская СБУ все равно не имеет практического опыта штурма пассажирских самолетов с десятками террористов на борту. И успех штурма был бы отнюдь не гарантирован.
Наконец, очень сомнительна и политическая интерпретация этой истории, ради которой, судя по всему, все и затевалось: все авторы скандала в один голос обвиняют в "провале" высшее руководство Украины. Но из обнародованных ими же самими данных следует, что об операции с "вагнеровцами" знали десятки человек из правоохранительных и силовых структур, и даже сотрудники судов. Почему хотя бы не допустить версии, что информацию о "спецоперации", если такая была, не слил кто-то из них?
Причем необязательно из политических – а из банальных денежных соображений. Практика продажи уголовных дел и секретной информации на сторону, к сожалению, весьма популярная среди украинских силовиков и правоохранителей. И российские власти, и разнообразная украинская оппозиция могли бы дорого заплатить за такие сведения.
Ведь впоследствии это позволило организовать мощную медийную атаку на президента Украины и его окружение. И изнутри – со стороны оппозиции и недовольных олигархов, и со стороны России, откуда, напомним, и началась публичная раскачка всей этой истории.
В итоге, неотвеченные вопросы возникают ко всем элементам истории с группой Вагнера: начиная от планирования, технической реализации на всех этапах, связей с зарубежными спецслужбами и до ее политической интерпретации. Что в комплексе делает эту версию событий крайне малоубедительной.
Потому сейчас свои ответы должны дать украинские правоохранительные органы. Как о том, было ли на самом деле сотрудничество с российскими спецслужбами (только не в том формате и совсем не тех людей, о которых говорится в "оппозиционной" версии) – так и о том, не продолжается ли оно сейчас. Ведь есть же примеры того, как самые "патриотические" представители прошлой власти на самом деле активно сотрудничали со страной-агрессором и ее местными сателлитами.