Социальные сети в Интернете, которыми пользуется несколько миллионов украинцев, не сыграли существенной роли на нынешних парламентских выборах, пишет BBC-Украина.
Социальные сети в Интернете, которыми пользуется несколько миллионов украинцев, не сыграли существенной роли на нынешних парламентских выборах, пишет BBC-Украина.
Эксперты недоумевают: почему относительно дешевый для политиков и доступный для миллионов избирателей ресурс не был в полной мере задействован политическими партиями, как это было на последних выборах в России или в других странах, когда с помощью Facebook тысячи людей собирались на манифестации, влияли на общественное мнение и создавали реальную альтернативу власти.
Эксперт в области Интернета, основатель сайта www.watcher.com.ua Максим Саваневский утверждает, что в целом в нынешней избирательной кампании политические силы впервые начали вкладывать немалые средства в работу с социальными сетями, но эффект от этой деятельности не был существенным.
"Все ведущие политические силы, разве что кроме "Свободы", достаточно активно инвестировали деньги в социальные сети, что даже привело к росту цены на рекламу в Facebook, но влияние этой деятельности было незначительным", - сказал Саваневский в интервью ВВС-Украина.
Читайте также: Наблюдатели отмечают злоупотребление административным ресурсом перед выборами в Украине
По словам эксперта, политические силы не слишком много думали над тем, что предложить многомилионной аудитории Facebook, размещая прежде всего рекламу партии или создавая ее собственную страницу. Другое направление - продвижение конкретных видеороликов, фото, текстов, в том числе тех, что имели признаки черного пиара. Максим Саваневский вспоминает около десятка случаев в нынешней кампании, когда "конкретно "били" по некоторым мажоритарниках неким видео или текстом".
Оппозиция имеет больше сторонников в FB
В общем, говорит Саваневский, оппозиция имеет значительно больше сторонников в социальных сетях, чем Партия регионов, а интернет-сообщество и социальные сети не является исключением) традиционно критически настроено к власти.
Однако цифры сторонников той или иной политической силы являются мизерными по сравнению с количеством пользователей того же Facebook: регионалы за несколько месяцев избирательной кампании получили около трех тысяч, "Батькивщина" - около 17-ти тысяч сторонников в Facebook. По крайней мере, такое количество людей "лайкнуло" страницу конкретной политической силы или поделилось ее контентом, хотя, конечно, среди этих людей есть и так называемые "боты" или просто работники избирательных штабов.
Оппозиция также оказалась более креативной в сетях. В то время как Партия регионов и представители правительства размещали пресс-релизы, подготовленные для СМИ, оппозиционные политики искали других путей, более пригодных для соцсетей: подавали фото, рисунки, видеоролики, которые после этого появлялись на других интернет-ресурсах или телевидении.
Еще одна особенность - появление любого представителя власти в социальных сетях приводило к шквалу негатива в его адрес. Единственное исключение, говорит Максим Саваневский, это вице-премьер-министр Сергей Тигипко, который довольно активно представлен в социальных сетях и количество негатива против него не очень высокое.
Где украинский "Навальный"
Как считает политтехнолог, руководитель компании Berta Communication Тарас Березовец, в соседней России роль социальных сетей основательнее и заметнее, поскольку там отсутствуют другие пути коммуникации для оппозиции.
"Все средства массовой информации давно и плотно контролируются властями. Поэтому при отсутствии любой альтернативы российские лидеры общественного мнения вынуждены были идти в мировую паутину", - говорит Тарас Березовец.
Эксперт также напоминает, что появление таких лидеров, в частности, Алексея Навального, предшествовала его многолетняя работа в блогосфере с антикоррупционным проектом "РасПил".
"В Украине есть несколько лидеров общественного мнения, их фейсбуки становятся новостями и цитируются в других медиа - имею в виду Мустафу Найема, Сергея Лещенко, Вахтанга Кипиани, Виталия Портникова. Почему с ним никто не стал украинским Навальным - это уже другая тема. Но я думаю, что проекты, подобные "РосПилу", могут появиться в Украине, причем это может произойти независимо от избирательных кампаний", - говорит Тарас Березовец.
"Почему политики не используют этот ресурс? Очевидно, причины лежат в плоскости их непрофессионализма, а значит и недоверия к новым видам медиа, которыми являются соцсети. Политики сами по себе традиционные, так и методы их также традиционные, а к соцсетям они, несмотря на возраст и профессиональные привычки, относятся как к новомодной игрушке, не больше", - считает политтехнолог.
В то же время, Березовец прогнозирует, что уже следующая избирательная кампания будет существенно отличаться от нынешней. По его мнению, появятся политики, которые "если и не выигрывают с помощью социальных медиа, то будут вести кампанию, пользуясь преимущественно двумя технологиями - непосредственным общением с избирателями и социальными сетями".
"Интернет-пенсионеры"
Меньше оптимизма у лидера Интернет-партии Украины Дмитрия Голубова. "Большинство политиков, которые сегодня идут в парламент, это "интернет-пенсионеры". То есть, или являются пенсионерами по возрасту, или не были связаны с Интернетом. Большинство из них, когда предлагаешь рекламу в Интернете, думают, что их сейчас обманут и заберут деньги. Они не считают, что интернет - это нечто серьезное, и он на что-то может повлиять", - рассказал ВВС-Украина Голубов.
Эксперт в области Интернета не согласен с тем, что социальные медиа и Интернет полезны прежде всего там, где политики не имеют возможности высказывать свою позицию или агитировать в традиционных СМИ.
"Хорошим вирусным роликом можно "взорвать" Интернет, после чего все будут обсуждать только это сообщение или того или иного кандидата. Эффект может быть больше, чем от дорогостоящей рекламы на ведущих телеканалах", - говорит Дмитрий Голубов.
По словам эксперта, на нынешних выборах партии вкладывали в интернет-рекламу меньше средств, чем в предыдущие годы.
"На президентских выборах 2010 г. вкладывали значительно больше денег. Финансировали проекты от фальсификации опросов в Интернете до создания социальных аккаунтов. Привлекали так называемых "ботов" и "троллей", которые писали комментарии на популярных сайтах. В свое время один известный оппозиционный политик во время избирательной кампании нанимал от 500 до 700 таких людей, и это мало ощутимое влияние в интернет-среде", - утверждает Голубов.
Вместе с тем, он признает, что снижение расходов на агитацию в Интернете объясняется также тем, что половина парламента избирается в мажоритарных округах, где эффективными являются другие методы.
"Там больше не нужны социальные медиа и даже не телевидение, а продпайки и новые дороги", - заключает Голубов.
Однако, как уверяет Максим Саваневский с watcher.com.ua, хотя социальные медиа не сыграли существенной роли в избирательной кампании - 2012, они, по крайней мере, стали более заметными на этих выборах.
"Работа в социальных сетях - как английский газон. Его за два года нельзя подстричь так, чтобы он выглядел идеально. Нужно много лет работать. Поэтому результаты нынешней избирательной кампании в социальных сетях является довольно неплохими", - говорит Саваневский.
Прежде всего, эксперт подразумевает присутствие в соцсетях оппозиции и оппозиционных политиков. По его словам, если с такими же темпами они будут наращивать количество сторонников в ближайшие несколько лет, то до президентских выборов 2015 года, учитывая также и на дальнейший рост социальных сетей, они могут получить несколько сотен тысяч единомышленников в сетях и влиять на общественное мнение.
Напомним, выборы в ВР состоятся 28 октября 2012 г.