Скандал с офшорами: стоит ли обвинять Петра Порошенко в обмане

В Украине разгорелся скандал, в котором главным действующим лицом является глава государства Петр Порошенко. Немецкая газета Süddeutsche Zeitung получила доступ к материалам базы данных панамской юридической компании Mossack Fonseca, предоставляющей офшорные услуги. На основании "панамских документов" президента подозревают в том, что, уже будучи главой государства, он зарегистрировал офшорную компанию и не указал этот актив в своей налоговой декларации за 2014 год.

Речь идет о компании Called Prime Asset Partners Ltd., которую зарегистрировали в юридической панамской компании Mossack Fonseca 4 августа 2014 года. Ее бенефициаром был указан президент Украины. По информации Центра по исследованию коррупции и организованной преступности (OCCRP), которая проанализировала "панамские документы", офшорной компании отводилась роль "холдинговой компании для украинских и кипрских структур кондитерской корпорации Roshen, а источником средств должны служить "доходы от коммерческой деятельности"".

В расследовании OCCRP говорится, что офшорная холдинговая компания Called Prime Asset Partners Ltd была создана для того, чтобы перевести кондитерский бизнес украинского президента в юрисдикцию Британских Виргинских Островов (БВО). "Его финансовые консультанты говорят, что БВО были выбраны, чтобы сделать корпорацию Roshen более привлекательной для потенциальных покупателей из-за рубежа", - отмечается в расследовании.

Сам Петр Порошенко сегодня, 4 апреля, ограничился лишь кратким комментарием по поводу скандала, связанного с ним. "Став президентом, я отошел от управления активами, поручив это дело соответствующим консалтинговым и юридическим компаниям. Ожидаю, что они предоставят исчерпывающие объяснения для украинской и международной прессы", - написал в Facebook президент.

Нарушил ли украинский президент законодательство своей страны, в блиц-интервью РБК-Украина объяснил партнер International Tax Associates B.V. (Нидерланды) Рустам Вахитов (специализируется на вопросах международного налогообложения).

РБК-Украина: Объясните, что не так с юридической формой - БВО-Кипр-Нидерланды?

Рустам Вахитов: Это относительно рискованная конструкция при использовании как холдинга при выплате дивидендов из Нидерландов последние несколько лет возможен налог 15%, а при продаже голландских или кипрских акций - до 25%. Изменилась практика и законодательство, это могло работать в 2010 году, а с 2012 "Кипр над Голландией" стал рискованным.

РБК-Украина: Можно ли говорить, что по сути сделка по передаче активов в офшор БВО так и не состоялась? Дочернее предприятие "Кондитерская корпорация "Рошен"" на 100% как принадлежала ООО "Центрально-европейская кондитерская компания", так и принадлежит. ООО "Центрально-европейская кондитерская компания" на 85% принадлежит нидерландской ROSHEN EUROPE B.V, конечным бенифициаром которой и указан президент Украины Петр Порошенко.

Рустам Вахитов: У меня нет достаточной информации для комментариев.

РБК-Украина: Должен ли был Петр Порошенко получать индивидуальную лицензию Нацбанка на приобретение акций (корпоративных прав) иностранных компаний? Если не подавал, что нарушил?

Рустам Вахитов: В принципе любое инвестирование средств валютным резидентом Украины требует получения лицензии Нацбанка, но если инвестирования как такового нет - акции иностранной компании получены в подарок, либо уставный капитал не нужно оплачивать, то технически получения лицензии не требуется. Мы не знаем, получил ли лицензию Нацбанка Петр Порошенко, и требовалась ли она в данной структуре.

РБК-Украина: Кто из крупных украинских бизнесменов использует схему управления активами через офшоры, в частности, БВО (Нидерланды и Кипр нельзя назвать чистым офшором)?

Рустам Вахитов: Большинство крупных украинских групп имеют в структуре кипрские или голландские холдинговые компании.

РБК-Украина: Обязан ли был президент указывать в своей декларации наличие активов за рубежом, если стоимость акций здесь не имеет даже номинальной стоимости? По британскому законодательству, здесь речь идет о понятии "подписанный капитал". В связи с этим, есть ли необходимость вносить изменения в украинское законодательство и прописывать необходимость указания в декларации "подписанного капитала"?

Рустам Вахитов: В украинское законодательство необходимо вносить изменения, требующие раскрытия собственников и бенефициаров иностранных компаний, фондов и трастов, и уплаты налогов в Украине, если конечными бенефициарами структур являются украинские резиденты (Controlled Foreign Companies). Равно как и украинским компаниям - раскрытие своих бенефициаров, без дыр, позволяющих обходить эти требования сейчас, с серьезными санкциями за нарушение этих положений. Это соответствует европейскому опыту, где есть и необходимость раскрытия бенефициаров, согласно Четвертой Директиве по борьбе с отмыванием доходов. Во многих странах есть законодательство о контролируемых иностранных компаниях (CFC).

РБК-Украина: Правильно ли мы понимаем, что поскольку передача активов в компанию БВО не произошла, то и объекта налогообложения нет? Необходимость уплаты налогов могла возникнуть после продажи актива. Создаваемая тройная структура говорит ли о предпродажной подготовке?

Рустам Вахитов: Структура, как отмечалось выше, несет в себе существенные налоговые риски при использовании как холдинга, поэтому цель ее использования, исходя из представленных данных, не ясна.

РБК-Украина: Почему именно офшор, почему не Украина? Можно ли говорить, что доверие к украинскому налоговому законодательству даже со стороны чиновников такого высокого ранга на таком низком уровне, что предпочитают защищать свои активы в офшорах?

Рустам Вахитов: По поводу участия в структуре именно Петра Порошенко есть вопросы, поэтому в данной части воздержусь от комментариев. А в целом, конечно же, украинский бизнес не особенно доверяет отечественному законодательству и судебной системе. Законодательство нестабильно, часто чрезмерно усложняет ведение бизнеса, суды не дают достаточной защиты собственникам и не вызывают доверия иностранных инвесторов. Поэтому сделки часто структурируются за границей.

РБК-Украина: На каком этапе возникнет экономия с уплатой налогов? В каком случае Украина не получит налогов в бюджет, если бизнес президента будет продан?

Рустам Вахитов: Теоретически, если бы структура выглядела иначе, например, вместо Кипра над Голландией находился Люксембург в течение как минимум года, и голландская компания владела бы акциями украинских компаний или самим активом в Украине, и голландская и люксембургская компании вели реальную самостоятельную деятельность, можно было бы продать акции голландской компании по рыночной стоимости. И, в этом случае, прибыль была бы освобождена от налогообложения. Как в Украине, так и Голландии.

В дальнейшем прибыль могла бы быть распределена из Люксембурга в офшор и находилась бы там до момента выплаты дивидендов украинскому собственнику. До такой выплаты украинских налогов бы не возникало. Однако это скорее умозрительное решение, и на практике украинские налоговые органы могли бы поднять вопрос о реальности сделок, постоянном представительстве в Украине или украинском резидентстве офшорной компании, последствием чего стала бы уплата налогов по сделке в Украине. Поэтому полагаю, что целью построения структуры была не продажа актива.

Беседовала Наталья Непряхина