Мнимые гарантии: почему заморожена продажа активов банков-банкротов

В прошлом году Верховная Рада изменила механизм продажи активов ликвидируемых банков, и передала полномочия по управлению имуществом и долгами банкротов от ликвидаторов к Фонду гарантирования вкладов физических лиц (ФГВФЛ). Причем, новая система должна была заработать уже с 1 января 2016 года. Она предусматривает упрощение и централизацию многих процессов, что, по идее, повышает шансы вкладчиков с депозитами более 200 тыс. гривен вернуть при ликвидации банка свои деньги. Однако система гарантирования оказалась неготовой к резким изменениям, в результате чего реализация активов почти остановилась.

Подарок из Америки

Если раньше оценку и продажу ликвидационной массы обанкротившихся банков осуществляли ликвидаторы, то теперь эти функции должен осуществлять Консолидированный офис по работе с активами. В итоге, ликвидаторы будут заниматься лишь инвентаризацией и хранением активов, а все решения будет принимать специальный департамент.

Руководство ФГВФЛ несколько раз акцентировало внимание на том, что эта модель "списана " у Федеральной корпорации страхования депозитов США, и с помощью американских специалистов, а также при поддержке экспертов Всемирового банка, приведена в соответствие с украинскими реалиями.

Однако все получилось как обычно: с приходом 2016 года полномочия у ликвидаторов забрали, но работу консолидированного офиса так и не наладили. "31 декабря 2015 года ФГВФЛ разослал всем ликвидаторам решение об отзыве их полномочий. При этом, как будут проходить торги, нам никто не сообщил. В итоге, почти весь январь продажа активов простаивала", - рассказал РБК-Украина ликвидатор одного из банков, пожелавший остаться неназванным.

В середине января в Фонде все-таки было принято решение о том, что запуск консолидированного офиса сдвигается на 1 апреля, а временным, переходным органом станет Комитет по управлению активами. "По сути, он и взял на себя обязанности консолидированного офиса. По крайнеймере, уполномоченные лица действительно больше не принимают никаких решений, касающихся продажи активов ", - объяснил уполномоченный на ликвидацию ЭРДЭ Банка, Интербанка, Омега банка и банка "Таврика " Артем Караченцев.

Стоимость актива и торговую площадку для его размещения определяет Комитет. Однако проблема в том, что Комитет полноценно функционировать не может, поскольку данными об активах он не владеет. Поэтому ликвидаторы вынуждены заполнять десятки форм в буквальном смысле на бумаге, и затем передавать их Фонду. Автоматизации нет, из-за чего ранее отлаженные процедуры значительно усложнились. В итоге, в январе торгов банковским имуществом почти не было, и размещение новых лотов происходит с большой задержкой.

Запуск вхолостую

Но сложности не только в рутине с документами. До сих пор не определен перечень обязанностей и полномочий консолидированного офиса. А ведь до его фактического запуска осталось менее 2-х месяцев. За это время Юлия Берещенко, назначенная ответственной за распродажу активов, должна собрать команду специалистов нового департамента, и написать методологию его работы. Комментарий РБК-Украина она предоставить отказалась.

Однако участники банковского рынка и эксперты уже выражают опасения, что с 1 апреля консолидированный офис свою работу не начнет. "Трудностью может стать налаживание системы ведения отчетности, обнародование результатов работы Фонда. А ведь это очень важно, так как отсутствие прозрачности будет в любом случае расценено как становление новых коррупционных схем", - подчеркивает юрист Адвокатского объединения "Спенсер и Кауфманн" Анастасия Нестеренко.

Еще одно препятствие - отсутствие единой базы данных, в которой будет сведена вся информация об активах ликвидируемых банков. "Ведь тогда специалисты, получая запрос от потенциального клиента на конкретный вид актива, делают выборку по всей базе, а не по конкретному банку. В таком случае, работа консолидированного офиса действительно будет эффективной", - рассуждает Артем Караченцев.

В самом Фонде говорят, что обмен информацией будет проходить по строго определенной форме, и выноситься на рассмотрение Комитетом по продаже активов и исполнительной дирекцией ФГВФЛ. "Каждый актив (кредит, недвижимость, транспортные средства) имеют свой паспорт. В нем указывается информация об основных параметрах соответствующего актива. Информация заполняется уполномоченным лицом в рамках четко определенных полей. При этом она автоматически отображается во внутренней базе данных фонда и накапливается там", - объяснил РБК-Украина заместитель директора-распорядителя ФГВФЛ Андрей Кияк.

Еще одна проблема - оценка и справедливость цены продаваемого имущества. Работая с конкретным банком, ликвидатор знает, почему квартиру даже в центре города все равно придется продавать за копейки, так как в ней "задним" числом прописаны дети, что делает выселение должников почти невозможным. Либо понимает, что кредит, выданный фирме "А", продать вообще невозможно, поскольку руководство заемщика находится под следствием или скрывается от правоохранительных органов.

"Принцип простой. Любой актив, который предлагается к продаже, не может выставляться меньше 30% от балансовой стоимости. Как правило, начальная цена актива, который выставляется на реализацию, выше или значительно выше оценки субъекта оценочной деятельности", - подчеркивает Андрей Кияк. Хотя банкиры говорят, что у ФГВФЛ подход более тривиальный: выставить актив на продажу по максимальной цене. И то, что по завышенной стоимости он может продаваться месяцами и даже годами, никого не волнует.

"Не ясно, как будет финансироваться деятельность ликвидаторов. Ведь аренда офисов, найм сотрудников и юристов, суды, и даже охрана находящихся на балансе объектов - за это все платит ликвидатор. Учитывая все эти новации, ликвидаторы не будут мотивированы, что может привести к злоупотреблениям с их стороны и затягиванию процедур по выведению банков с рынка", - выражает опасения один из собеседников РБК-Украина.

Оптом дороже

Впрочем, неисключено, что грядущие изменения пойдут банковскому рынку и системе гарантирования на пользу. "С учетом того, что в ФГВФЛ сосредоточены портфели свыше 60 банков, вероятнее всего в активах, выставляемых фондом на продажу, будут, в том числе, и целостные имущественные комплексы. Поэтому можно рассчитывать на синергию от продажи портфелей нескольких банков. И гипотетически, их стоимость будет выше стоимости активов,которые реализовываются фрагментарно", - объясняет глава правления "Коммерческого индустриального банка" Вадим Березовик.

Плюс ко всему консолидация позволит ускорить процессы по выведению неплатежеспособных банков с рынка (закон, кстати, предусматривает сокращение срока этих процедур с 3 до 1 месяца), а, соответственно, снизить издержки на администрирование банкротов. По идее, это ускорит выплаты вкладчикам и уменьшит издержки на обслуживание заимствований, которые ФГВФЛ привлекает для компенсаций.

"Также при ликвидированных банках остается существенная доля неудовлетворенных требований юридических лиц. Есть надежда, что при реализации новой стратегии будет получено больше средств, и большее количество кредиторов вернет свои деньги обратно", - считает Вадим Березовик.

В то же время, все равно великавероятность, что после консолидации всех процедур решения по продаже активов будут приниматься субъективно. "Достаточно много факторов, которые влекут за собой юридические риски при реализации того или иного актива. В том числе, и обвинения в заниженнойстоимости. Поэтому главная задача, чтобы этот процесс был под контролем вкладчиков и был максимально прозрачен", - уверен экс-член совета НБУ Василий Горбаль.

Участники банковского рынка сомневаются, что консолидированный офис с апреля заработает в полную силу. Формально он функционировать,конечно, будет, но огрехи в его работе (нормативную, техническую базу) придется допиливать как минимум до 2017 года.

От этого проиграет и Фонд, и клиенты разорившихся банков. Ведь продажа и без того малопривлекательных активов будет еще больше затягиваться. И, как известно, время играет против того имущества, которое "зависает" на балансе у банкротов. Оно попросту обесценивается. И поскольку приходом 2016 года процедуры по управлению имуществом ликвидируемых банков лишь усложнились, надежды вкладчиков, разместивших на депозитах суммы свыше гарантированных 200 тыс. гривен, все еще призрачны.