Майская фаза террора

Майская фаза террора
Порошенко требует скорейшего расследования убийств
Чем ближе годовщина трагедии в Доме Профсоюзов в Одессе и 9 мая, тем больше громких убийств сотрясает украинское информационное пространство. Возможно, что это - просто совпадение. Но заявления Владимира Путина "о серии политических убийств" и лидера самопровозглашенной ДНР Александра Захарченко о начале в Киеве "охоты на ведьм" дают серьезные основания для того, чтобы увязать последние убийства в Киеве с условным "фактором мая".

Чем ближе годовщина трагедии в Доме Профсоюзов в Одессе и 9 мая, тем больше громких убийств сотрясает украинское информационное пространство. Возможно, что  это - просто совпадение. Но заявления Владимира Путина "о серии политических убийств" и лидера самопровозглашенной ДНР Александра Захарченко о начале в Киеве "охоты на ведьм" дают серьезные основания для того, чтобы увязать последние убийства в Киеве с условным "фактором мая".

Особенно показательным выглядит расстрел писателя и публициста Олеся Бузины - днем, в упор, во дворе собственного дома. Это убийство выглядит как вызов действующей власти. Ведь если раньше речь шла о самоубийствах или доведении до самоубийств, бытовых убийствах, то теперь мы имеем дело с откровенным бандитизмом. Как и в случае с убийством главного редактора "Нетешинского вестника" Ольги Мороз.

И этот вызов похлеще, чем убийство весьма одиозного экс-нардепа Олега Калашникова. Ведь расстрел известного медийного лица, которое открыто демонстрировало свое критическое отношение к действующей власти - это даже не двойной, а тройной удар.

Первый удар - повод обвинить власть или сочувствующих ей в отрытом терроре против оппонентов. Если спокойно посмотреть, все вместе взятые публикации Бузины были гораздо менее опасны для власти, чем его расстрел. Особенно на фоне его последних интервью, в которых он называет победу Евромайдана государственным переворотом, обеляет Путина, говорит "о своей неугодности действующей власти" и обвиняет Президента Петра Порошенко "в стремлении отобрать телеканал (Интер, - авт.) у Дмитрия Фирташа".

Второй удар - резкое снижение общего фона безопасности. Если средь бела дня в Киеве так легко застрелить публичного человека, как может чувствовать себя в безопасности обычный гражданин? Такие истории заставляют нас жить по принципу "каждый - сам за себя", не обращая внимания на приличия, законы и государственные органы. Что сможет этому возразить министр внутренних дел Арсен Аваков?

И третий удар - перезапуск вируса страха, который наше общество с таким трудом изживает последний год. Страх убивает доверие, разобщает людей, снижает эффективность любых процессов - от воспитания детей до проведения государственных реформ (с которыми и так, мягко говоря, дела обстоят не очень хорошо).

Кроме того, убийства последних дней - это экзамен перед Западом который, безусловно, будет самым внимательным образом следить за их расследованием. Как ни крути, журналисты - особая каста. И когда гибнут журналисты, занимающие в отношении власти жесткую критическую позицию, - это бросает тень на саму власть.

Смогут ли Аваков, Наливайченко и прочие силовики остановить этот "парад убийств"? Или мы станем свидетелями новых расстрелов? Будут ли пойманы реальные убийцы или, как чаще бывает, их место займут достаточно случайные бедолаги? От ответа на эти вопросы зависит будущее нового мифа "об охоте на ведьм" в Украине.

Для общества же эти события - новый тест на человечность и здравый смысл. Полагаю, что кем бы ни были убитые, сарказм в их отношении сейчас неуместен. И потому что смерть - плохой повод для зубоскальства. И потому что этот сарказм дает пищу "кремлевским троллям", вещающим о "фашистской сущности" постмайданной Украины.

Потому нельзя исключать, что волна убийств, накрывающая Киев и Украину, - это подготовка к более системному раскачиванию ситуации. И, быть может, к новому наступлению сепаратистов на востоке страны.

On Top
Продолжая просматривать www.rbc.ua, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Пропустить Соглашаюсь