И. о. директора "Укрэнерго" Всеволод Ковальчук: Мне не нравится то, что здесь происходит

Неожиданной смене руководителя оператора магистральных электросетей НЭК "Укрэнерго" предшествовал ряд резонансных событий. Речь о так называемом "трансформаторный скандал", когда НКРЭКП утвердила "Укрэнерго" беспрецедентную по объемам финансирования инвестпрограмму в 7 млрд грн на 2015 г. Львиную долю этих средств планировали направить на закупку трансформаторного оборудования производства Запорожского трансформаторного завода, собственником которого называют Константина Григоришина.

СМИ, а также некоторые члены регулятора заподозрили завышение цены и непрозрачность тендерной процедуры. В результате получившая широкую огласку "трансформаторная история" привела к отмене тендера, а после заявлений самого Григоришина о том, что и. о. главы "Укрэнерго" Юрий Касич назначен на должность по его рекомендации, - к увольнению менеджмента.

В начале октября "Укрэнерго" возглавил новый временно исполняющий обязанности - первый заместитель главы компании Всеволод Ковальчук. Это не первая его каденция в "Укрэнерго" - он и ранее работал в компании на руководящих должностях, отвечая за международные закупки и реализацию проекта по строительству высоковольтных магистралей. Назначение было ознаменовано обыском в "Укрэнерго", которое проводили совместно МВД и СБУ.

О том, что происходит в "Укрэнерго", о влиянии на менеджмент Константина Григоришина, о трансформаторах и высоковольтных магистралях Всеволод Ковальчук рассказал в интервью РБК-Украина.

РБК-Украина: С чем связано ваше назначение, и кто предложил вам пост и.о. директора компании? Почему вы фактически поменялись должностями с Юрием Касичем?

Всеволод Ковальчук: Меня назначили, поскольку я был первым заместителем. А Юрий Касич написал заявление об уходе по собственному желанию. Не так уж много альтернатив первому заместителю директора, чтобы назначить исполнять обязанности главы госкомпании. Временно исполнять эти обязанности меня назначил министр энергетики Владимир Демчишин.

Между моей должностью и должностью Юрия Касича есть принципиальная разница. Юрий Касич был и. о. на постоянной основе. У него не было штатной должности в компании, кроме этой. А я - штатный сотрудник компании в должности первого зама, которую я сейчас совмещаю с исполнением обязанности директора. Разумеется, это было естественное решение министра - назначить именно меня.

РБК-Украина: То есть, сейчас Юрий Касич - ваш подчиненный?

Всеволод Ковальчук: Он назначен на должность первого заместителя, который отвечает за диспетчерскую работу в компании. Мы не менялись местами, поскольку я на должности первого зама курировал достаточно специализированное направление - международные закупки, процедуры получения средств международных финансовых организаций.

Мы работаем с ЕБРР, ЕИБ, Всемирным банком и немецким КFW. Также в мою компетенцию входили вопросы евроинтеграции. На данный момент Касич - мой подчиненный. Но он ни одного дня не проработал на этой должности, а сразу ушел в отпуск.

РБК-Украина: Как вы относитесь к заявлению Константина Григоришина, которое он сделал в интервью УП, о том, что ваш подчиненный Юрий Касич - фактически его креатура?

Всеволод Ковальчук: Ни для кого не секрет, что Юрий Касич, перед тем как возглавить "Укрэнерго", проработал на нескольких предприятиях, так или иначе входящих в структуру бизнеса господина Григоришина. Поэтому его переход в государственную компанию всеми СМИ трактовался однозначно. Это не отменяет того факта, что до этого, за исключением последних 3-4 лет, Юрий Касич всю свою трудовую жизнь проработал в "Укрэнерго" и уволился отсюда в должности заместителя главного диспетчера.

РБК-Украина: Вы считаете, что на его решение написать заявление и в этот раз повлияло то, что связи с Григоришиным стали известны общественности? Влияли ли вы на его решение уйти?

Всеволод Ковальчук: Чисто в человеческом плане - да, повлияло. В СМИ было очень много негатива в целом, критика деятельности компании была очень сильная. И то, что он написал заявление добровольно, - я вам это гарантирую.

РБК-Украина: А чей человек вы? Вы знакомы с Константином Григоришиным?

Всеволод Ковальчук: Я - сам по себе. Да, я знаком с ним лично. Раза три мы встречались, когда я уже работал в "Укрэнерго".

РБК-Украина: Что вы обсуждали с ним в ходе этих встреч?

Всеволод Ковальчук: Мы не обсуждали никаких конфиденциальных моментов, по крайней мере, в сложном понимании этого слова. На самом деле, когда поднимались вопросы проблемного характера, такие как закупка трансформаторов, я считал себя вправе консультироваться по этому поводу, слушать мнение и высказывать свои аргументы непосредственно с владельцем этого бизнеса. (Константину Григоришину принадлежит Запорожский трансформаторный завод, "Укрэнерго" было намерено купить 22 трансформатора у этого предприятия в 2015 г. - ред.).

Параллельно возникали различные другие темы. Вы, наверное, заметили, что Григоришин стал активно транслировать свою позицию в прессе. Он говорит очень много интересного о разных вещах. То, что он говорит в лицо при личных встречах - абсолютно соответствует позиции, которую он излагает в интервью.

РБК-Украина: То есть, вы разговаривали с ним исключительно как с собственником ЗТР, и других связей у вас с Григоришиным нет?

Всеволод Ковальчук: Абсолютно верно.

РБК-Украина: Насколько мне известно, вы уже занимали должность заместителя директора "Укрэнерго". Уточните, какой это был период?

Всеволод Ковальчук: Это было с сентября 2010 г. по май 2013 г.

РБК-Украина: Соответственно, вы попадаете под люстрацию?

Всеволод Ковальчук: Нет. Это не предусмотрено законом, поскольку я не являюсь госслужащим. Никто в "Укрэнерго" не имеет ранга и статуса госслужащего.

РБК-Украина: Ваше имя связывают со скандальным строительством высоковольтных магистралей, которое началось именно в период вашей предыдущей работы в госкомпании. Тогда поговаривали о завышении стоимости оборудования и работ. Итак, на каком этапе строительство линий, которые должны связать Ровенскую и Хмельницкую АЭС с подстанцией "Киевская"? В 2012 г. вы обещали, что этот проект принесет Укрэнерго экономии на 1 млрд грн в год.

Всеволод Ковальчук: Давайте я расскажу об этом долгоиграющем проекте подробно. Важно понимать, что строительство этих магистралей было в планах еще с советского периода. В 2005 г. в компании начался поиск возможностей его финансирования. Тогда у "Укрэнерго" были невысокие тарифы. Для понимания, у компании была небольшая инвестпрограмма, не считая программы облэнерго.

Тогда подсчитали, что дефицит в порядка 1,2-1,4 МВт мощности покроется за счет этих линий, поскольку мощности двух АЭС будут передаваться сюда, в центр. Кем было принято решение о том, что эти линии должны быть 750 кВ, - я не знаю. Полагаю, это остатки гигантомании советского периода. Практической необходимости в этом нет. Более того, с точки зрения надежности, лучше было бы построить несколько линий по 330 кВ, чем одну 750 кВ.

Поскольку нет необходимости в передаче энергоресурса на огромные расстояния, в ЕС, к примеру, линий выше 400 кВ просто не существует, а в странах, где далеко нужно передавать электроэнергию - можно найти линии напряжением выше 1 тыс. кВ.

Именно поэтому надо было построить подстанцию, которая бы преобразовывала напряжение с отметки 750 кВ в такое, которое необходимо для сети города Киева и северо-востока Украины - 330 кВ. Так родилась идея строительства подстанции "Киевская" (г. Макаров). Она сейчас практически построена, к ней должны подойти линии с АЭС.

Этим проектом очень заинтересовались международные организации, и где-то в 2007-2008 гг. мы подписали ряд кредитных соглашений. Проект был разделен на две части: международное и локальное финансирование. К последнему отнесли строительство первой очереди подстанции и завели на нее линию 750 кВ "Винницкая-Чернобыльская АЭС". Линию пришлось разрезать, превратив ее в две - "Винницкая-Киевская", "Киевская-Чернобыльская".

При подготовке проекта мы взяли на себя обязательства, что на подстанции "Киевская" за счет собственного финансирования будут построены несколько ячеек (набор коммутационного оборудования, который присоединяет линии к трансформаторным подстанциям). Также мы должны были за собственные средства построить две линии 330 кВ, которые интегрируют подстанцию в "Киевское кольцо" 330 кВ.

Вот как раз этот проект очень сильно затянулся и, по состоянию на сегодня, эти линии так и не были завершены. Было очень много причин, но никогда таковыми не являлось отсутствие денег. Причиной всегда была или организационная неразбериха, или проблемы с отводом под строительство дорогостоящих земель в Киевской области.

Это все должно было быть завершено в 2008 г., тендеры начались в 2009 г. На май 2010 г. заявки уже были поданы, в тендере участвовало около пяти компаний. И тогда же состоялись открытые торги под контролем ЕБРР и международного консультанта.

Что касается возможного завышения цен: было два лота. Один большой - линия с Ровенской АЭС на подстанцию "Киевская", где-то более 300 км протяженностью. Второй поменьше - 130 км в направлении Хмельницкой АЭС. Примерно, по длинному участку, ожидаемая стоимость была в районе 200 млн евро. Предложения участников распределились в диапазоне от 130 до 230 млн евро.

Победила индийская компания Kalpataru, предложившая самую низкую цену. Завышение цены изначально заложено во всю сметную документацию. 200 млн евро государство было готово потратить на этот проект. При этом смета прошла все необходимые экспертизы, получив все утверждения. А то, что тендеры проводились по процедуре ЕБРР, позволило получить конкурентную цену.

По второму лоту при ожидаемой цене в 80-90 млн евро ценовые предложения распределились в промежутке от 59 до 100 млн евро. Победило также самое дешевое предложение. Тендер выиграла хорватская компания Dalekovod. Мы вышли на заключение с ними контрактов уже в апреле 2011 г. До этого шла оценка тендерных предложений. Основная причина задержки заключалась в том, что было очень много замечаний по большому лоту к индийской компании. Они не включили в свое предложение очень большое количество работ, например, земельные, строительство подъездных дорог. Мы долго консультировались с ЕБРР.

В итоге мы добились от компаний, что в их цену включили все необходимые работы. А, учитывая высокую зону риска, 130 млн евро - очень низкая стоимость. Для обоих участников мы подняли размер обеспечения контракта, плюс - гарантии на авансовые платежи. То есть, если подрядчик не выполняет контракт - мы забираем аванс и 10% от стоимости контракта. Так вот, для индусов мы увеличили размер гарантий до 31% - то есть у нас гарантии на 40 млн евро (плюс 13 млн евро авансовых платежей).

Проекты были завершены к концу 2012 г., и мы были готовы начинать строительство. Тогда был сделан публичный старт, поставлено две опоры. После этого была пауза на полгода, многие земельные вопросы тогда все еще не были решены. И весной 2013 г. началась активная фаза работ, которая шла буквально полгода. А в конце 2013 г. - 2014 г. из-за проблем менеджмента и излишней бюрократии наступило затишье. Также были задержки платежей подрядчиками в этом периоде.

Также были задержки по платежам. Мы активизировались с марта-апреля 2015 г., и сейчас мы вышли на 99% готовности по "индийской" линии и где-то на 91% - по "хорватской". Мы закончим длинную линию к 20 декабря этого года, а короткую, - к 20 января 2016 г.

РБК-Украина: 5 октября в "Укрэнерго" МВД и Генпрокуратура проводили совместный обыск. Правоохранительные органы интересует непосредственно период реализации описанного вами проекта по строительству высоковольтных магистралей. Речь идет об уголовных делах, возбужденных на основании ч. 5 ст. 191 УК (хищение у государства в особо крупных размерах) и ч. 2 ст. 364 УК (злоупотребление служебным положением). Что конкретно, по-вашему, они ищут? Какие документы изъяты, и каким аспектам деятельности "Укрэнерго" уделяют внимание?

Всеволод Ковальчук: Дело, в рамках которого происходили следственные мероприятия, охватывает период с 2010 по 2014 гг. В этот период в компании работало три директора - Ходаковский, Омеляновский и Ущаповский. Касич работал последние несколько дней 2014 г., поэтому его не называю. Правоохранительными органами запрашивались документы по тендерным комитетам и заключенным контрактам по всему периоду. То есть, прежде всего, под внимание ГПУ и МВД попадают госзакупки, и, в частности, международные закупки.

На данный момент никаких подозрений никому из сотрудников компании предъявлено не было. Ни одного персонально квалифицированного уголовного дела тоже нет. Это дело было возбуждено, как и много других дел по деятельности госкомпаний, в апреле 2014 г.

РБК-Украина: Вас допрашивали по этому делу?

Всеволод Ковальчук: По этому делу меня допрашивали год назад. На тот момент тоже осуществлялись следственные мероприятия. В рамках вот этой, нынешней, активизации дела меня не допрашивали.

РБК-Украина: А с чем лично вы связываете активизацию следственных мероприятий именно сейчас?

Всеволод Ковальчук: Мне очень тяжело судить. С одной стороны, меня не может не настораживать тот факт, что меня назначили в пятницу, а в понедельник начался обыск. С другой стороны - на той же неделе были письма Антона Геращенко к министру внутренних дел Арсену Авакову, в которых была задекларирована активизация следственных действий в отношении команды, работающей в Укрэнерго в 2015 г. Поэтому, думаю, что эти события также могут быть связаны.

РБК-Украина: Вы являетесь участником конкурса на должность главы "Укрэнерго". Почему вы стремитесь возглавить эту компанию на постоянной основе? Не считаете ли вы, что занимая должность исполняющего обязанности директора госкомпании, вы имеете преимущество по сравнению с остальными конкурсантами?

Всеволод Ковальчук: В конкурсном отборе участвует 13 кандидатов, часть из которых заслушана конкурсной комиссией на прошлой неделе, у меня будет собеседования на этой. У меня нет никаких данных о составе комиссии. Единственное - я сдал документы в отдел кадров. Это требовало личного присутствия. По поводу преимущества - меня назначили только 2 октября. Потом были активные следственные мероприятия в компании. Кроме того, мы в это же время вступили в осенне-зимний период. В компании изъяли большое количество документов, компьютеры в отделе закупок. То есть, определенные сложности в деятельности присутствуют.

Плюс мне досталось тяжелое наследство - исполнение инвестиционной программы на сентябрь составляет не более 20%.Выполнение ремонтной кампании на уровне 65%. А учитывая, что наступило похолодание, у нас очень ограниченная возможность по выведению оборудования в ремонт.

И как в этой ситуации проявить положительные моменты директору? Это крайне сложно. Ведь назначение директора перед началом отопительного сезона - впервые в истории "Укрэнерго".

РБК-Украина: Но, будучи первым заместителем, а теперь и руководителем компании, вы имеете больший доступ к цифрам, вы лучше знаете деятельность компании, соответственно, можете лучше подготовить предложения, чем другие конкурсанты.

Всеволод Ковальчук: Мое конкурсное предложение уже разработано и подано в комиссию 22 сентября. Конкурс объявили в конце августа. Я не планировал изначально в нем участвовать. Я принял это решение в конце сентября, за один-два дня подготовил предложение и подал.

РБК-Украина: Почему вы приняли это решение?

Всеволод Ковальчук: Мне не нравится то, что здесь происходит. Я много лет проработал с международными финансовыми институтами. За все время мы провели конкурсов или тендеров примерно на 1 млрд долл. Я наблюдал работу большого количества иностранных компаний. Если нам удастся сделать здесь хотя бы 50% таких процедур, как принято у них, я уже как руководитель принесу огромную пользу госкомпании. Моя цель - прозрачные процедуры, открытый рынок, свободная конкуренция.

РБК-Украина: Ваше видение концепции работы компании совпадает с мнением вашего непосредственного руководителя, министра энергетики Владимира Демчишина?

Всеволод Ковальчук: У меня пока не было возможности детально обсудить с господином Демчишиным стратегию развития отдельно взятого фрагмента экономики. По поводу "Укрэнерго" - можно делать только то, что входит в нашу компетенцию. Мы унитарное государственное предприятие, в этом есть тоже свои положительные стороны и недостатки. Разумеется, политика Министерства энергетики и угольной промышленности мною полностью поддерживается.

РБК-Украина: Вы разделяете идею корпоратизации "Укрэнерго"?

Всеволод Ковальчук: Да.

РБК-Украина: Что же все-таки происходит с выполнением инвестпрограммы в части закупки трансформаторов? Если мы правильно понимаем ситуацию, то на украинские подстанции всегда покупались трансформаторы ЗТР?

Всеволод Ковальчук: Да, покупали трансформаторы ЗТР. И во все времена это никак не было связано с влиянием или отсутствием такового со стороны господина Григоришина.

РБК-Украина: Так почему на сегодняшний день вдруг понадобилось такое большое количество трансформаторов - 37 агрегатов? И все-таки, почему не АBB, Siemens? Вопрос только лишь в цене?

Всеволод Ковальчук: Давайте по порядку. В том тендере, который сейчас объявлен повторно, да и в тех тендерах, которые были отменены, заявлено к покупке 22 трансформатора, а не 37. Больше 30 было изначально в проекте инвестпрограммы, туда включаются и другие агрегаты, например, реакторы, даже те машины, которые необходимы по контрактам, финансируемым за счет кредитов международных финансовых организаций. Например, в апреле этого года ЗТР выиграл тендер на поставку шести шунтирующих реакторов на подстанцию "Винницкая". Это никак не связано ни с Касичем, ни с Григоришиным, ни с кем. Просто больше на международный тендер никто из участников кроме ЗТР не пришел! Да, правда, был второй участник. Он тоже предложил продукцию ЗТР, но по космическим ценам.

Могу сказать лишь свое частное мнение. Условная монополия у ЗТР на рынке, насколько я понимаю, сложилась лет 30 назад. Причем не только на территории Украины, но и по всему Советскому Союзу, в определенных классах напряжения. Чтоб вы понимали, несмотря на наличие аналогичного предприятия в Москве, те же москвичи предпочитали покупать трансформаторы ЗТР.

Я ни в коей мере не собираюсь хвалить ЗТР. Я был на предприятии один раз. Восторга я не испытывал, поскольку был на аналогичных производствах в Европе, и разумеется, эстетически это сравнение не в пользу ЗТР. Но то, что это огромный постсоветский монстр, не значит, что он делает плохие трансформаторы. Это самый большой трансформаторный завод в мире, насколько нам известно.

У меня нет достоверной статистики, но это традиционно, что когда на рынке есть собственный сильный игрок, то игрокам рынка из других регионов заходить крайне сложно. Много лет у нас для иностранных компаний также работает заградительный барьер - 10% пошлины на все ввозимое трансформаторное оборудование. При конкуренции на внешних рынках, случается так, что кто первый зашел в регион, тот и становится сильнейшим игроком.

Когда производители конкурируют за рынки сбыта, наверняка заключаются какие-то пакты о ненападении. Напасть на рынок мощного производителя на его собственной территории - на языке бизнеса фактически означает объявление войны.

Я полагаю, что сложившееся отношение иностранных компаний к украинским тендерам связано именно с этим. Были попытки китайских компаний выйти на украинский рынок, но ни на один наш тендер они не приходили. Но, например, в облэнерго китайские трансформаторы малых мощностей есть. Siеmens и ABB на малых машинах также активизировали свое присутствие, однако назвать массовым их участие на нашем рынке вряд ли можно. Я уверен, что ЗТР несильно присутствует, например, во Франции. Там есть свой крупный производитель, и его продукция преобладает на своей территории.

Второй, не менее важный аспект - полное отсутствие сервисной инфраструктуры. На последнем тендере мы убрали ряд моментов из тендерной документации, которые были явно в пользу ЗТР. Например, о том, что должен быть именно такой сервисный центр, чтобы на нем можно было ремонтировать активную часть трансформаторов.

Третий, сдерживающий иностранные компании фактор, - крайне нестабильная ситуация в Украине. Две международные компании, которые работали с нами по проектам Всемирного банка, сильно пострадали в связи c нарушением территориальной целостности Украины. Например, корпорация DAEWOO, которая выиграла тендер на поставку и установку оборудования на подстанции "Симферопольская", выгрузила оборудование, а мы не смогли его принять, и, соответственно, оплатить. Мы не платим, потому что не знаем, какое оборудование пришло. У нас будет арбитраж по этому поводу.

Второй пример - шведская корпорация ELTEL выиграла тендер на два объекта на Донбассе. Один из них в Мариуполе, и по нему нет вопросов, а второй - ПС "Чайкино", в самом центре Донецка. Они туда завезли оборудование и материалы. Мы долго не платили. Но из-за того, что это все-таки не Крым, и у нас сохранился наш персонал на неконтролируемой территории, мы получили все подтверждения. То есть, компания не понесла прямых убытков в виде поставленного и неоплаченного оборудования, но все равно контракт прекращен. Иностранцы видят сейчас очень большие риски по работе с нами.

Кроме того, мы объявляем гривневые торги. Да, можно выйти и заложить свой прогноз по курсу. Но по опыту моей прошлой каденции в Укрэнерго, сколько раз я лично звал те же Siemens и ABB к участию в украинских тендерах! Ответ был простой: "или 100-процентный аванс, или жесткая привязка к курсу валюты. И нас не волнует ваш закон о госзакупках".

Продолжение интервью с Всеволодом Ковальчуком читайте на РБК-Украина

Беседовали Мария Цатурян и Ирина Голод