Директор люстрационного департамента Минюста Татьяна Козаченко: "В ближайшие неделю-две реестр люстрированных расширится"

Директор люстрационного департамента Минюста Татьяна Козаченко: "В ближайшие неделю-две реестр люстрированных расширится"
Вопрос об уместности закона о люстрации в его нынешнем виде поднимают все больше специалистов и сознательных граждан. Слышны упреки, что текущая редакция закона позволяет клану, который сейчас пришел к власти, зачистить поле от конкурентов. Впрочем, в Минюсте уверены, что закон "Об очищении власти" неплохой, хотя и требует определенной доработки. Какие требования выдвинула Венецианская комиссия к закону о люстрации, какие изменения могут быть внесены в закон "Об очищении власти" - в интервью РБК-Украина рассказала Татьяна Козаченко, директор департамента по вопросам люстрации Министерства юстиции.

Вопрос об уместности закона о люстрации в его нынешнем виде поднимают все больше специалистов и сознательных граждан. Слышны упреки, что текущая редакция закона позволяет клану, который сейчас пришел к власти, зачистить поле от конкурентов. Впрочем, в Минюсте уверены, что закон "Об очищении власти" неплохой, хотя и требует определенной доработки.

Какие требования выдвинула Венецианская комиссия к закону о люстрации, какие изменения могут быть внесены в закон "Об очищении власти" - в интервью РБК-Украина рассказала Татьяна Козаченко, директор департамента по вопросам люстрации Министерства юстиции.

РБК-Украина: Вы были членом украинской делегации Венецианской комиссии по вопросам закона "Об очищении власти". Каким образом делегации удалось убедить Венецианскую комиссию изменить негативный вывод относительно закона?

Татьяна Козаченко: В состав украинской делегации вошли министр юстиции, директор департамента по вопросам люстрации при Минюсте, а также народные депутаты. У нас был один час на общение с руководством Венецианской комиссии. Во время общения украинской стороной было отмечено, что свой вывод они сделали без общения с украинскими экспертами, и что вывод был сделан на основе неофициального перевода текста закона.

Из-за неофициального перевода возникали неточности в формулировках закона, а значит - неточности в восприятии. Например, в п. 43 проекта заключения были замечания, которые основывались на неправильно переведенной норме права ст. 3 закона "Об очищении власти", согласно неофициальному переводу закона фактически расширялся круг лиц, которые подпадают под запреты, предусмотренные законом. Норма фактически переведена так, что любой сотрудник правоохранительных органов, даже технический работник, может подпасть под люстрацию.

Также следует отметить, что представители комиссии не имели возможности выехать в Украину, как они обычно делают, чтобы на месте пообщаться с украинскими экспертами, властями, общественными организациями, юристами. Это фактически и не имело смысла, потому что в Украине проходили выборы, формировалось новое правительство, следовательно, исключалась возможность получения официальных объяснений от украинской стороны. Дело в том, что документ, переданный на рассмотрение Венецианской комиссии, на то время еще не был законом. Текст не был обнародован, не подписанный Президентом, соответственно, не вступил в силу.

Во время анализа закона также не были учтены конкретные обстоятельства социально-политической жизни Украины по состоянию на момент принятия закона, а именно: оккупация части территории, ведение Российской Федерацией гибридной необъявленной войны на востоке нашей страны, наличие в Украине деятельности террористических и сепаратистских группировок, а также чрезвычайно высокий уровень коррупции в судебных, правоохранительных и других органах государственного аппарата.

Кроме этого, в течение десяти месяцев отсутствуют результаты деятельности правоохранительных органов относительно расследования массовых убийств и грубых нарушений гражданских прав и свобод на Майдане во время "революции достоинства".

Указанные обстоятельства, по нашему убеждению, свидетельствуют о большем балансе между правовой и политической составляющей института люстрации в Украине, чем это было отражено в проекте заключения.

При таких условиях вывод Венецианской комиссии не мог быть полным, всесторонним и объективным, что могло повлечь обратный эффект в углублении рисков соблюдения прав и свобод людей в Украине, которые вынуждены до сих пор жить с системой государственных органов в стране, что со времен "революции достоинства" не претерпела надлежащих кадровых изменений.

После аргументов делегации члены комиссии нашли возможность изменить свое мнение относительно проведения люстрации в Украине. Произошел беспрецедентный случай - за ночь комиссия переписала свой вывод, внесла в него изменения.

РБК-Украина: На каких изменениях в законе настаивает Венецианская комиссия?

Татьяна Козаченко: В заключении вообще нет именно конкретных предложений относительно изменений в закон "Об очищении власти". Выводы Венецианской комиссии носят рекомендательный характер. Например, Венецианская комиссия рекомендовала, чтобы процедура люстрации была четко очерченой во временных рамках. Также они отметили, что одним из принципов любого закона является право на защиту, презумпция невиновности, право на обжалование решения в суде. Эти права вообще являются базисными и никоим образом не отрицаются украинской стороной.

В заключении комиссия ставит под сомнение некоторые нормы закона в формулировке "уместно ли?". Например, "уместно ли использовать имущественную люстрацию при наличии антикоррупционного законодательства?" Если человек подал недостоверные данные в декларации, если образ жизни чиновника не соответствует доходам, то для этого есть антикоррупционное законодательство. За это предусмотрена административная, уголовная ответственность.

В комиссии отметили, что если человек живет не по средствам, то в таком случае люстрация не оправдывается, потому что существуют другие институты, механизмы в стране, по предотвращению этого. Потому что должна применяться уголовная ответственность через уголовное производство. Однако, в этом случае все понимают, что такие институты ответственности не только прописаны в нормах права, но и функционируют в государстве.

А что делать, когда не работает институт ответственности, а инструменты по ответственности: расследования, судебные процессы - находится в руках тех, кто наименее заинтересован в люстрации: это правоохранительные органы, прокуратура, суды.

Также в заключении встает вопрос, уместен ли процесс декоммунизации, и, соответственно, нужно ли проводить люстрацию, а именно запрет на государственную службу для лиц, занимавших руководящие должности в Коммунистической партии во время СССР. Но это лишь предположение европейцев. Мнение людей, которые никогда не жили в этой системе. Поэтому в заключении есть вопрос, уместно ли проводить люстрацию коммунистов.

РБК-Украина: Какие доработки в закон уже наработаны, и какие вообще планируется внести в закон "Об очищении власти"?

Татьяна Козаченко: Изменениями в закон занимаются парламентарии - соавторы закона. Министерство юстиции также предоставит свои предложения. Минюст уже начал работать над такими изменениями. Все изменения в закон пройдут согласование с рабочими группами и Венецианской комиссией.

РБК-Украина: Есть мысли относительно внесения в закон механизма восстановления на должностях люстрированных чиновников. Есть ли какие-то конкретные наработки в этом направлении?

Татьяна Козаченко: Такие мысли есть у некоторых парламентариев и экспертов. Есть предложения по возможности внедрения такого механизма. Но на сегодня такие предложения не сформулированы в объективной форме. В системе наших органов государственной власти получение каких-либо дополнительных прав пересмотра действия закона в отношении конкретных лиц является рискованным с точки зрения того, что очень сильными остаются лоббистские группы, которые будут пытаться выгрызть индульгенцию для некоторых лиц.

Я с пониманием отношусь к тому, что нужно максимально обеспечить прозрачность любой процедуры соблюдения прав человека. Возможно, с более индивидуальным подходом. Но нужно исключить возможность какой-либо коррупционной составляющей. А зная какие у нас государственные органы, как коррупционные чиновники проникают в любые структуры, я очень сомневаюсь относительно уместности такого механизма.

РБК-Украина: Верховный суд и Совет судей Украины наработали свои изменения в этот закон. Минюст ознакомлен с этими изменениями? Будут ли учтены такие изменения?

Татьяна Козаченко: Мы не видели их предложений. Но мы ожидаем, что нам их предоставят. Мы готовы с ними общаться и рассматривать все предложения. Мы считаем необходимым общаться и сотрудничать вообще со всеми ветвями власти, в том числе судебной.

РБК-Украина: Есть ли в заключении Венецианской комиссии рекомендации по люстрации судей?

Татьяна Козаченко: Да, есть. В комиссии отметили, что очень неудобным является существование двух нормативных актов, определяющих правовое регулирование порядка увольнения судей, применения запретов. Речь идет о законах "Об очищении власти" и "О восстановлении доверия к судебной системе". В комиссии интересуются, не будет ли это двойным регулированием одних и тех же вопросов.

Но фактически законы друг другу не противоречат. Они рассматривают похожие вопросы но разными правовыми последствиями. Например, закон "О восстановлении доверия к судебной системе" не предусматривает применение запрета судьям работать в государственных органах, тем судьям которые по объективным обстоятельствам и критериям не должны оставаться в судебной системе и осуществлять правосудие.

РБК-Украина: Когда можно ожидать завершения работы по подготовке изменений к закону?

Татьяна Козаченко: Венецианская комиссия организует рабочую группу для доработки этого закона, которая приедет в Украину в начале февраля.

Венецианская комиссия заседает один раз в три месяца. Поэтому мы сами предложили, что на следующее их заседание мы подготовим изменения в закон. Мы будем стараться успеть наработать такие изменения именно в этот срок, что бы продемонстрировать надлежащим образом, что украинская сторона не заинтересована в затягивании вопроса и будет способствовать совместной работе для достижения наиболее возможного в данной ситуации результата относительно того, чтобы закон "Об очищении власти" был реализован с соблюдением европейских стандартов защиты прав и свобод.

РБК-Украина: Каковы результаты второго этапа люстрации? Сколько по последним данным люстрировано чиновников, сколько людей внесены в единый реестр люстрированных?

Татьяна Козаченко: Сейчас идет второй этап люстрации. По состоянию на данный момент в реестр люстрированных лиц внесены 357 человек. Люстрованные лица - это лица, к которым применен запрет занимать государственные должности, предусмотренные законом, и которые во время применения такого запрета находились на государственной службе.

Сейчас началась люстрационная проверка центральных аппаратов Минюста, МВД, СБУ, ГПУ, руководителей и их заместителей, территориальных органов, профессиональных судей, других лиц. Кроме этого, будет проводиться проверка всех лиц, претендующих на занятие государственных должностей. Те, кто своевременно не подаст заявления о прохождении проверки, будут отвечать в том числе критериям, определенным в части второй ст. 3 закона, являются непосредственными претендентами на внесение в люстрационный реестр в кратчайшие сроки.

Относительно имущественной проверки, которая продлится 60 дней, то после нее ожидаются новые кандидаты на внесение в реестр люстрованих лиц.

В ближайшие неделю-две реестр люстрованих расширится. Это обусловлено исключительно планом проверки, который утвердил Кабмин.

Беседовал Илья Иванов

 

On Top
Продолжая просматривать www.rbc.ua, вы подтверждаете, что ознакомились с Правилами пользования сайтом, и соглашаетесь c Политикой конфиденциальности
Пропустить Соглашаюсь