"Война не спрашивает, сколько мне лет". История 20-летнего пулеметчика из-под Бахмута
Как молодой военный "Фил" встретил российское вторжение, почему пошел в армию, какие горячие точки уже прошел и о чем мечтает после победы – в материале РБК-Украина ниже.
Оборона Бахмута войдет в мировую историю ведения войны. Крепкие украинские воины, которые стоят на этом направлении, защищают родную землю и убивают десятки тысяч солдат армии врага. Среди этих мужественных защитников – 20-летний Олег с позывным "Фил". Вот уже год он покоряет дороги Донбасса, объезжая места прилетов вражеской артиллерии, пролетая отрезки дороги, которую простреливает враг и вывозя тела погибших побратимов.
Находясь на одном из самых горячих направлений боевых действий, военный начал выполнять задачи пулеметчика. Город, где он с побратимами дислоцируется, находится под постоянным огнем. Приходится в таких условиях не только выживать, но и достойно откидать врага.
О своем выборе, участии в боях за Киевскую и Харьковскую области, а также оборону Бахмута "Фил" рассказал РБК-Украина. Дальше – его прямая речь.
Об утре 24 февраля
Я проснулся утром от громкого звука, это были взрывы. Сразу забрал своих родителей и поспешил вывезти их за город, но дороги были переполнены и пробки сделали поездку почти невозможной. Осталось только одно – спрятаться в подвале возле дома.
Когда мы прибыли в подвал, мы увидели, что он уже был заполнен людьми. Многие молодые матери держали своих малышей, рядом сидели пожилые люди. Мы с друзьями сделали запасы коктейлей Молотова и решили создать баррикады вокруг района.
Я провел одну ночь в подвале, слушая плач детей и матерей. В тот момент меня переключило. Я решил, что должен быть совсем не здесь, а ехать встречать врага, чтобы защитить этих людей. Решил идти на фронт, узнал одну из точек сбора через знакомых и пошел туда.
О реакции родителей и других военных
Первые впечатления от войны были непонятны – то страшно, то круто. Первые боевые столкновения это исправили. Командир мне советовал вернуться в семью, потому что я был якобы слишком молод. Но я остался.
Что касается реакции родителей, то они испугались. Говорили мне, зачем оно мне нужно, ведь есть взрослые люди, которые могут этим заниматься и у которых больше сил и умений. Я ответил, что уже решил. И уехал.
Несмотря на переживания, все же родители верили в меня. Хотя и до конца надеялись, что не пойду. Я подписал контракт и уехал. Теперь, когда возвращаюсь домой, то постоянно вижу счастливые глаза родителей, они говорят, что чувствуют гордость.
О Киевской области и "Жулянах"
Первые дни моей службы были в постоянном напряжении. Мы в тот момент были в районе Киева. Это было начало полномасштабной, часто не понятно, кто где кто. Бывали случаи, когда свои бросались на своих. Хаос, постоянные перестрелки.
Потом мы начали выезжать в населенные пункты: Ирпень, Буча, там держали оборону. Со временем переехали держать киевский аэропорт "Жуляны", который стратегически важный для оккупантов. Работа была под постоянной угрозой высадки десанта, как это было в других населенных пунктах. Было очень насыщено, постоянные задачи, зашкаливал адреналин. Но я понимал, зачем здесь стою. И это для нашего будущего, как своего, так и детей.
Когда сдружился с ребятами, то стало легче, работа шла изо дня в день. Я почему-то думал, что вот-вот и победа. Но затянулось все, война продолжается, и она очень жестокая.
О Харьковском направлении и поездках к границе
Прошло время, в Киеве все притихло, оборона этой области закончилась. Мы отправились в Харьковскую область. Не помню населенные пункты, было какое-то село возле Харькова – наше место дислокации. Мы долгое время там проживали, оттуда уезжали к Белгородской границе. Там были насыщенные бои, постоянные обстрелы из танков, минометов. Было очень сложно.
Во время первого минометного и танкового обстрела вражеской силой наших позиций я чувствовал себя немного напряженно, но шаг за шагом воля закалялась, появлялось все больше сил и навыков.
Впрочем, труднее всего было, когда мы заехали в полевые условия. Мы зашли на позиции и начали рыть окопы. И вот в этот момент россияне начали нас обстреливать из минометов. Начался хаос. В то время я был водителем, но у нас была одна машина. Я всю ночь возил людей, а потом мы пошли пешком. Потому что по полю переехать было нереально.
Где-то километров 20 мы шли к другим позициям, сил не было совсем. Но потом сразу пришлось копать. Вот так мы первую ночь выдержали, вторую ночь выдержали, на третью - пришлось отходить, потому что было очень сложно, еще и без подкрепления.
Но были и хорошие истории. Однажды был случай, когда мы в Харьковской области захватили позиции россиян и забрали кучу боеприпасов: снарядов, мин, гранатов. Это было радостно для нас всех, потому что у нас не так много вооружения, как хотелось бы. А тут прямо российский ленд-лиз, шутили ребята.
О Бахмутском направлении
Сейчас мы на Бахмутском направлении. Здесь успели застать серьезные бои, побывали в самом Бахмуте. Сейчас не могу сказать, в каких населенных пунктах мы находимся, но держим оборону. Происходят постоянные обстрелы, к тому же дополнительные опасности от местных жителей. Большинство людей с проукраинской позицией уехали, а остались либо те, кому некуда ехать, либо те, кто ждет "русский мир". Вот они и любят сдавать наши позиции.
Смотрят тебе в глаза, даже могут говорить какие-нибудь приятные слова, даже на украинском языке, а потом слышишь, как они обсуждают нас с побратимами и называют "бандеровцами". Вот это неприятно.
Но мы стараемся поддерживать и местных. Врага они не интересуют, россияне бьют прямо по домам людей. Никакой цивилизации, из-за этих обстрелов нет ни воды, ни отопления, ни продуктов. Поэтому делимся запасами пищи, делимся водой. Все-таки это наши граждане.
Пока не могу рассказать детали наших боевых действий, потому что продолжаются процессы, нуждающиеся в тишине. Но за это время могу сказать, что видел много убитых россиян, просто пачками шедших на город. Нам временами казалось, что они сошли с ума: так идти на смерть. Это бойцы "Вагнера", они набрали бывших заключенных и пустили их в ход. Пока наши уставали их убивать, начинали направлять уже профессиональных российских солдатов. Но они также заканчивались, хотя и уже труднее.
Мои задачи довольно разные. Я выполнял задачи в пехоте, работал с техникой, сейчас числюсь как пулеметчик МТ-ЛБ (Многоцелевой тягач (транспортер) легкий бронированный). Здесь приходится быстро учиться, если хочешь быть полезным и если хочешь выжить. Война не спрашивает сколько мне лет, она требует от меня умений.
О войне и побратимах
Война оставила много болезненных воспоминаний. Было очень тяжело вывозить тела погибших собратьев, особенно тех, с кем стоял бок о бок еще вчера. Каждая потеря была тяжелой для страны, для людей и лично для меня.
В основном мои собратья поддерживают меня, а я стараюсь поддерживать их. Они говорят, что главное не возраст, а умения. Мы вместе уже прошли многое. И именно с ними я хочу встречать победу.
Для меня война – это, в первую очередь, обязанность мужчины защищать свою страну. Конечно, это очень ответственно. Все хотят вернуться живыми, здоровыми, но это долг перед собой, перед своей страной. И что главное – перед нашим будущим.
Чем быстрее закончится война, тем быстрее я вернусь домой, сделаю как мечтал: свою базу отдыха, где буду работать, отдыхать, ну и жить дальше. А пока я здесь – в бронежилете и шлеме выполняю боевые задачи.
Я верю, что скоро мы полностью освободим Донецкую, Луганскую области и доберемся к Ласточкиному Гнезду (в Ялте, Крым, - ред.). Хотя война приносит много негативных эмоций, но мы с побратимами остаемся настойчивыми и преданными своей цели - обеспечить мир и свободу для своей страны.