Почти пять лет назад, летом 2019 года, в Украине прошли последние парламентские выборы. По результатам этих выборов в Верховную раду попали 44 представителя пророссийской партии "Оппозиционная платформа – За жизнь", сформировав вторую по численности депутатскую фракцию после "Слуги народа".
С момента своего создания в 2018 году ОПЗЖ была неоднородной и объединяла разные, не очень жалующие друг друга, группы влияния. Подробнее об этих группах, их конфликтах между собой, участниках и том, что произошло с ними после масштабной российской агрессии и запрета политсилы – в материале РБК-Украина.
История ОПЗЖ была подготовлена одним браком и одним разводом. Браком между Виктором Медведчуком и Вадимом Рабиновичем с его политическим проектом “За жизнь”. И разводом между учредителями "Оппозиционного блока" Юрием Бойко и Сергеем Левочкиным с одной стороны и Ринатом Ахметовым – с другой. Причиной развода стало то ли нежелание Ахметова сотрудничать с кумом Путина, то ли наоборот – нежелание Медведчука и стоявшего за ним Кремля иметь дело с олигархом.
Так была подготовлена почва для создания ОПЗЖ, в которой изначально было не два, как часто принято считать, а три центра влияния – Левочкин с Бойко, отдельно Медведчук и отдельно Рабинович. Каждый со своими квотами в избирательных списках и по округам, и участием в принятии решений.
При этом, если Левочкин с Бойко и Медведчук больше ориентировались на политическую составляющую проекта (каждый по-своему, но об этом дальше), то Рабинович изначально рассматривал проект как бизнес. Поэтому оперативно продал всю свою квоту в списках, сохранив место только для себя самого вместе с постами сопредседателя партии и члена ее стратегического совета.
Покупателем квоты Рабиновича стал бывший “серый кардинал” Киева Вадим Столар, который, в свою очередь, разделил ее со своими бизнес партнерами. А чуть позже Столар, вслед за квотой, приобрел у Рабиновича еще и телеканал Rabinovich TV, запустив на его базе "Киев Live". Как говорится – nothing personal, just business.
"Звездным часом" для "Оппозиционной платформы – За жизнь" стали парламентские выборы 2019 года. Несмотря на огромный запрос общества на "новые лица" и разгромную победу президентской партии "Слуга народа" по спискам и в большинстве округов, ОПЗЖ вместе с примкнувшими к ней мажоритарщиками удалось завести в Верховную раду 9-го созыва 44 "штыка" и создать в ней вторую по численности депутатскую фракцию. Одновременно “на голову разбив” основных конкурентов из “Оппозиционного блока” на востоке и юге Украины.
Как ни странно, одними из главных причин такого успеха ОПЗЖ стали жадность и деловая хватка Вадима Рабиновича. Продав свою квоту и потеряв вместе с ней значительную часть своего влияния, Рабинович случайно или осознанно восстановил изначально запланированное распределение ролей в партии и фракции.
Согласно этому распределению, Медведчук вместе со своей группой из 10 человек отвечали за идеологию, связи с москвой и продвижение идей "русского мира", сохранивших свое влияние на юго-востоке, несмотря на продолжающуюся более 5 лет “гибридную войну”, которую РФ вела на Донбассе.
Столар, Абрамович, Фельдман и Ко (всего 12 депутатов) заменили Ахметова в "гречкосействе" – удовлетворении запросов электората, традиционно ожидающего сначала от кандидатов в депутаты, а затем и депутатов потока материальных и социальных благ из их собственного кармана или из бюджета.
Наконец, самая большая по размеру группа Левочкина-Бойко состояла из 21 депутата – в основном из их старых соратников еще по "Оппоблоку" и "Партии регионов". И должна была отвечать за партийно-организационное строительство и продвижение партийного бренда.
Между собой эти группы имели немного общего. Их объединяли только оппозиционная риторика и ориентация на традиционного избирателя юго-востока с его патернализмом, консерватизмом, региональным сепаратизмом и еще сохраняющейся на тот момент верой в "русский мир". И еще общая выгода, которая, как вскоре выяснилось, все же у каждой группы была своей.
Специализация, интересы и зоны ответственности "идеологов", "бизнесменов" и "политиков" стали определяющими в действиях участников этих групп на протяжении всей истории ОПЗЖ и даже после ее завершения.
Впервые разные интересы трех групп “акционеров” ОПЗЖ отчетливо проявились при голосовании по рынку землю. За открытие этого рынка проголосовали “бизнесмены”, ориентированные на Вадима Столара. И сразу же подверглись публичной критике со стороны групп Левочкина-Бойко и Медведчука. Не только за это голосование, но и в целом за попытки наладить конструктивное сотрудничество с Офисом президента и руководством Верховной рады.
В следующий раз "политики", “идеологи” и "бизнесмены" в открытую столкнулись лбами на местных выборах 2020 года, поддерживая разных кандидатов и ожесточенно "воюя" друг с другом.
Но самой сильной проверкой конструкции ОПЗЖ на прочность стали подозрения Виктору Медведчуку и его ближайшему соратнику Тарасу Козаку в государственной измене, санкции СНБО и арест их медиаактивов. Эти события значительно уронили авторитет кума Путина внутри партии и обострили"спящие" противоречия между группой Медведчука и группой Левочкина-Бойко. От кризиса ОПЗЖ спасли одновременная мобилизация ее ядерного электората и рост партийного рейтинга, сравнявшегося с рейтингом “Слуги народа”. А также то, что “бизнесмены” не приняли ничью сторону и демонстративно дистанцировались от внутреннего конфликта.
Проект ОПЗЖ стал рассыпаться с самого первого дня широкомасштабной российской агрессии против Украины по инициативе группы Столара. В то время как Бойко гостил в эфирах российских пропагандистов, насмехаясь над защитниками Украины и призывая к "переговорам" (читай – капитуляции), “бизнесмены” один за другим уже писали заявления о выходе из фракции.
В первые же дни российского масштабного вторжения заявления о выходе из ОПЗЖ подали Вадим Столар, Игорь Абрамович, Татьяна Плачкова и Александр Фельдман. Официально об их выходе из фракции было объявлено на заседании Верховной рады 15 марта.
Вскоре заявления написали Валерий Гнатенко, Игорь Киселев, Александр Лукашев, Александр Мороз и Наталья Приходько. Они были удовлетворены парламентом 24 марта.
Еще через несколько дней заявления подали Дмитрий Исаенко и Анатолий Бурмич. Об их выходе из ОПЗЖ было объявлено 14 апреля.
Следует отметить, что РБК-Украина направила председателю Верховной раде Руслану Стефанчуку запрос с просьбой уточнить даты и содержание поданных заявлений о выходе из ОПЗЖ. К моменту публикации статьи ответа на запрос не было.
В своих публичных комментариях написавшие заявления депутаты говорили о том, что не желают после 24.02 иметь ничего общего с пророссийским крылом ОПЗЖ, считают неправильным в период войны находиться в оппозиции и хотят сфокусироваться на поддержке украинских военных и гражданских.
Но, скорее всего, самой главной мотивацией "бизнесменов" оставить ОПЗЖ было желание любой ценой спасти свой бизнес. Они очень хорошо помнили, что произошло с активами Ахметова, Таруты и других в оккупированных Донецке, Макеевке и Луганске. Поэтому сразу же объявили о полной поддержке украинской власти и ее западных партнеров и переориентировали на помощь ВСУ и пострадавшим от агрессии свои благотворительные фонды и проекты. То есть поступили точно в соответствии со своими интересами и своей ранее заявленной зоной ответственности.
Ровно также в соответствии со своей ролью пропагандистов “русского мира” вслед за Медведчуком и Козаком подозрения в государственной измене получили Илья Кива, а позже еще и Ринат Кузьмин, Олег Волошин и Нестор Шуфрич. А оставшиеся участники группы Медведчука “растворились” в группе Левочкина-Бойко и принялись вместе с ними и в полном соответствии с их интересами политических карьеристов спасать партию. При этом главными врагами партии стали не подозреваемые в госизмене, а “бизнесмены”, посмевшие написать заявления о выходе.
Для борьбы с ними был даже проведен специальный партийный съезд, передавший Бойко единоличную партийную власть и объявивший о лишении Столара, Абрамовича и прочих “партийных предателей” депутатских мандатов. При этом о российской агрессии, изменении пророссийской позиции партии и поддержке ВСУ и пострадавших гражданских на съезде не было сказано ни слова.
20 марта 2022 года СНБО приостановил деятельность пророссийских политических партий, в том числе и "Оппозиционной платформы – За жизнь". А 14 апреля уже Верховная рада объявила о прекращении деятельности фракции ОПЗЖ в своих рядах, 3 мая полностью запретив деятельность любых пророссийских партий в Украине.
Однако сами экс-ОПЗЖшники остались в парламенте и даже смогли собрать две отдельные депутатские группы.
21 апреля под руководством Юрия Бойко была создана группа "Платформа за жизнь и мир", объединившая депутатов из группы Левочкина-Бойко и остатки бывшей группы Медведчука. Именно эта группа стала фактической преемницей запрещенной партии и даже обратилась в суд, чтобы отстоять право ОПЗЖ продолжать свою политическую деятельность. После того, как уже в 2023 году несколько депутатов написали заявление о сдаче мандата или получили подозрения в государственной измене, а также были лишены гражданства Украины, в группе "Платформа за жизнь и мир" осталось 22 человека.
Через месяц, 22 мая, было объявлено о создании группы "Восстановление Украины" под руководством Максима Ефимова и Игоря Абрамовича, а фактически, под патронажем Вадима Столара. В которую вошли бывшие "бизнесмены" из ОПЗЖ и несколько депутатов из других фракций и депутатских групп. После того, как несколько человек, включая самих Ефимова и Абрамовича, написали заявление о сдаче мандата, в группе "Восстановление Украины" осталось 17 депутатов.
Разделение на эти группы было далеко не номинальным и означало полный разрыв между "идеологами русского мира" и "политиками" с одной стороны - и "бизнесменами" с другой. Этот разрыв особенно ярко проявился на региональном уровне и привел, в частности, к серьезным изменениям в расстановке сил в областных и городских советах Киевской и Харьковской области.
Фактически эти две группы уже сейчас, не дожидаясь завершения войны и объявления о старте предвыборной кампании, начали ожесточенную борьбу друг против друга. Во-первых, за внимание Офиса президента. Во-вторых, за организационный и административный ресурс на местах. В-третьих, за влияние на конечного избирателя. Причем, борьба обеими сторонами ведется в привычных для них зонах ответственности и привычными для них инструментами.
"Бизнесмены" привычно "покупают", активно используя материальную поддержку и благотворительную помощь. А "политики" так же привычно "принуждают", плетя интриги и разворачивая информационные войны, сдерживаемые только усталостью избирателей и "государственной телевизионной монополией" во время войны.
История ОПЗЖ с одной стороны уникальна, а, с другой стороны, абсолютно типична для Украины. Уникальна потому, что закончилась запретом крупной политической партии и, хочется верить, окончательным изгнанием "русского мира" из украинской политики. А типична тем, что конструкция ОПЗЖ из трех групп влияния повторяет конструкцию практически любой другой “успешной украинской партии с опытом”.
Во всех этих партиях есть "идеологи", есть "политики" и есть "бизнесмены" с четко выраженными интересами, зонами ответственности и конфликтными точками в каждом партийном проекте. И как показывает практика, у "бизнесменов" или "политиков" из разных проектов общих интересов и точек соприкосновения намного больше, чем у разных групп влияния внутри одного проекта. Война это показала особенно ярко. Впрочем, это уже другая история.