Реинтеграция ветеранов: почему Украине нужен новый подход к поддержке военных
Украина, пережив десять лет войны, столкнулась с одной самых важных социальных проблем – реинтеграцией военных в мирную жизнь. Несмотря на длительное время конфликта, система реабилитации и поддержки ветеранов остается несовершенной. Возвращение с фронта сопровождается физическими и эмоциональными вызовами, с которыми большинство ветеранов вынуждены бороться самостоятельно.
Путь от шахты до передовой
До 2022 года Руслан работал шахтером. С началом полномасштабного вторжения он решил присоединиться к Вооруженным силам Украины, поскольку убежден, что именно сейчас время защищать страну. Службу мужчина описывает скупо, ссылаясь на то, что его семья до сих пор находится на оккупированной территории, и чрезмерная публичность может поставить их под угрозу.
Руслан получил ранение, из-за которого теперь проходит реабилитацию. Однако он не обращался к психологам, объясняя это тем, что наибольшую поддержку находит в общении с друзьями. "Самое главное – не замыкаться в себе", – говорит он. Руслан считает, что общество должно активнее привлекать военных к социальным мероприятиям, помогать им с лечением и трудоустройством.
Он убежден, что стабильная занятость помогает человеку найти новый смысл и стабилизировать эмоциональное состояние. "Когда человеку каждый день есть чем заняться, эмоциональный фон немного стабилизируется", – добавляет Руслан.
Адаптация через боль и откровенность
22-летний военный с позывным "Люцик" пережил тяжелые бои за Бахмут и Часов Яр. Он говорит о войне как об испытании, которое оставляет глубокий след не только на теле, но и в сознании. Люцик вспоминает постоянные артиллерийские обстрелы, контузии и ожоги, которые стали неотъемлемой частью его службы.
Военный рассказывает, что после возвращения домой он начал замечать за собой эмоциональную нестабильность, которую раньше не чувствовал. По его словам, радость от возвращения к родным постепенно сменяется осознанием пережитого, и это принятие становится чрезвычайно сложным моментом для каждого.
"Сначала ты счастлив, что наконец с близкими. Но после расслабления садишься со своей группой, смеешься, вспоминая моменты, а потом наступает стадия принятия: ты осознаешь, где был и что делал", – объясняет он. Люцик отмечает, что побратимы остаются теми, с кем можно быть откровенным и рассказать о собственной боли.
В то же время с семьей он старается не делиться всем, чтобы сохранить образ сильного и уверенного мужчины. "Ребята-побратимы понимают, потому что сами это переживают. Но высвободить свою боль и опыт – это, вероятно, самое трудное для военного", - отмечает Люцик.
"Ветераны и ветеранки – это неоднородная группа, и их потребности могут существенно отличаться"
Критика системы реабилитации в Украине все чаще звучит от ветеранов. "Люцик" вспоминает, как после обстрела их подразделение отправили на стабилизационный пункт, где медики пренебрегли их состоянием.
"Когда мы попали на стабилизационный пункт и в медроте нам сказали, что голова болит из-за жары, а остальное - мелочи. Возник конфликт. Было обидно, потому что в их глазах мы выглядели как люди, которые просто уклоняются", – вспоминает боец.
По его мнению, подобные ситуации свидетельствуют о низком уровне подготовки персонала и равнодушии к проблемам военных. Ветеран убежден, что значительная часть медиков и психологов не имеет ни достаточной квалификации, ни мотивации выполнять свою работу должным образом.
В то же время эксперты обращают внимание на то, что ветераны и ветеранки – это неоднородная группа, и их потребности могут существенно отличаться. По словам руководительницы отдела исследований и аналитики Cedos Алины Хелашвили, универсальные программы поддержки вряд ли будут эффективными.
"Социальные услуги должны быть чувствительными к потребностям каждого человека. Они должны помогать вернуться к достойному уровню жизни, восстановить способность самостоятельно обеспечивать собственные потребности или компенсировать потерю такой возможности. Но важно, чтобы эти услуги не навязывались и не предоставлялись автоматически только из-за статуса ветерана или ветеранки, ведь это может стигматизировать человека", – отмечает Хелашвили.
Ключевой проблемой остается низкая осведомленность ветеранов о возможностях получения социальных услуг. Как свидетельствуют данные исследований, многие не знают, что именно предусматривают такие услуги, в каких случаях и как можно ими воспользоваться.
Вместе с тем, проблемы возникают и на уровне местных громад. По словам эксперта, готовность общин предоставлять социальные услуги напрямую зависит от развития местной инфраструктуры социальной защиты. Среди основных вызовов – нехватка финансирования, квалифицированных специалистов, помещений и даже транспортных средств.
Несмотря на эти вызовы, во многих громадах реализуют проекты поддержки ветеранов, в частности те, которые направлены на их реинтеграцию в гражданскую жизнь. "Это могут быть программы отдыха вместе с семьей, психологические консультации или создание пространств для совместного досуга", – говорит Хелашвили.
Психотерапевт и основатель волонтерского проекта "Як ти, брате?" Антон Семенов добавляет, что привлечение ветеранов к активной жизни является ключевым фактором их адаптации.
"Работа дает человеку чувство принадлежности, смысл и занятость. Худшее, что может случиться с военным после возвращения домой, – это чрезмерное количество свободного времени", – подчеркивает он.
Куда может пойти ветеран после возвращения с войны
В Министерстве ветеранов в комментарии для РБК-Украина отмечают, что одной из ключевых инициатив является трехуровневая система психологической помощи. Она включает базовую поддержку на уровне громад, индивидуальные консультации со специалистами и комплексное лечение в специализированных учреждениях.
Для упрощения доступа к психологической помощи создан цифровой Реестр поставщиков услуг, где ветераны могут найти информацию об учреждениях, которые оказывают поддержку. Кроме этого, в Министерстве разработали платформу MARTA, которая позволяет анонимно оценить свое психическое состояние и получить рекомендации.
"MARTA – это инструмент, который дает возможность ветеранам и их семьям лучше понимать свои потребности в сфере психического здоровья", – отмечают в Минветеранов.
По профессиональной адаптации, в 2024 году на эту программу заложено 71 млн гривен. По данным Министерства, ветераны могут получить поддержку в получении новых специальностей, таких как водитель, электросварщик или оператор дронов. Также программа предусматривает возможность получения второго (магистерского) уровня образования.
"Мы видим, что наши программы профессиональной адаптации помогают ветеранам интегрироваться в экономическую жизнь страны", – отмечают в Министерстве.
Кроме этого, ветераны могут воспользоваться программой "ВАРТО", которая предоставляет финансовую поддержку для развития собственного бизнеса. За последние годы уже поддержано более 800 ветеранских бизнесов. А чтобы помочь ветеранам найти работу в государственных органах, запущена е-Карта вакансий, что позволяет быстро узнать о доступных предложениях в разных регионах.
Таким образом, обеспечение социальных услуг для ветеранов требует не только системного подхода, но и адаптации к индивидуальным потребностям. Успешная реинтеграция требует сочетания поддержки на государственном уровне и активности местных общин.
Как это работает в других странах?
США уже много лет работают над интеграцией ветеранов в гражданскую жизнь. В частности, SkillBridge Initiative помогает военным еще во время службы пройти стажировку в гражданских компаниях. Это позволяет ветеранам получить необходимые навыки для работы в IT, строительстве, здравоохранении и других секторах. Благодаря этому подходу военные могут быстро найти работу после увольнения со службы.
Другая программа, Yellow Ribbon Reintegration Program, оказывает комплексную поддержку ветеранам: от психологических консультаций до учебных курсов и помощи с трудоустройством. Особое внимание уделяется борьбе с изоляцией и адаптации к мирной жизни через социальную интеграцию.
Канада активно поддерживает переквалификацию ветеранов благодаря программе Second Career, которая финансирует получение новых профессий. Дополнительно ветераны могут получить льготные кредиты или гранты на открытие собственного бизнеса. Это позволяет им стать экономически независимыми и способствует развитию местной экономики.
Британский подход базируется на сотрудничестве с бизнесом. Программа Armed Forces Covenant привлекает работодателей к созданию вакансий, ориентированных на ветеранов. Кроме того, работодателям предоставляется информация и тренинги по работе с людьми, которые имеют специфические потребности, например посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР). Это обеспечивает двусторонний процесс интеграции: ветераны получают работу, а работодатели – подготовленных работников.
В Норвегии система реабилитации акцентируется на долговременной психологической поддержке. Ветеранов привлекают к социальным проектам и волонтерским инициативам, которые помогают им адаптироваться к новой среде. Особое внимание уделяется преодолению изоляции, которая часто сопровождает возвращение к мирной жизни.
Что может сделать Украина?
Несмотря на длительную войну, система реабилитации ветеранов в Украине остается на начальной стадии развития. Проблематика охватывает сразу несколько ключевых аспектов: недостаточную психологическую поддержку, трудности с профессиональной адаптацией, низкий уровень осведомленности ветеранов о своих правах и доступных услугах, а также неравномерную доступность этих услуг в общинах.
Эксперты отмечают, что одним из приоритетов должно стать открытие ветеранских центров, которые могут выполнять роль многофункциональных хабов для психологической, социальной и профессиональной адаптации. Такие центры уже существуют в некоторых громадах, но их количество недостаточно для покрытия реальных потребностей военных, особенно в отдаленных регионах.
Еще одной важной проблемой является трудоустройство ветеранов. Государственные инициативы, такие как е-Карта вакансий или налоговые льготы для бизнесов, которые трудоустраивают защитников, требуют более широкого внедрения. Кроме этого, необходимо стимулировать создание государственных программ грантовой поддержки для ветеранов, которые хотят начать собственное дело.
Антон Семенов, в свою очередь, убежден, что несмотря на усталость от войны, украинцы демонстрируют готовность поддерживать своих героев. "Мне кажется, мы постепенно адаптируемся. Украинцы способны справиться даже с массовой демобилизацией, если она состоится в ближайшее время", – отмечает он.
Реинтеграция ветеранов – это не только социальный долг, но и стратегический шаг для укрепления страны. Украина имеет шанс создать уникальную модель, которая станет примером для других государств и поможет сохранить единство и силу нации.