Николай Поворозник: власть Киева работает над жизнеобеспечением города, несмотря на попытки ее дестабилизировать

— Недавно РФ ударила по жилому дому, убила 13 его жителей. Как следствие, после атаки, город вместо расселения предложил пострадавшим деньги на компенсацию аренды имущества. Почему было принято такое решение?

— Уже четвертый год подряд Украину, и Киев в частности, обстреливают из различных видов вооружений. Всего с начала полномасштабного вторжения повреждено более 2 тысяч зданий, из них существенные повреждения получили 37 жилых домов. Это достаточно большое количество пострадавших семей, вопрос расселения которых мы решали в текущий момент. Кто-то переезжал к родственникам, кто-то к знакомым, кто-то на дачу, а кто-то переезжал во временное жилье, которое для них организовал город.

Это, в частности, комнаты в общежитиях или квартиры, в которые могли заселиться жители пострадавших домов на время восстановления дома. Мы всегда предлагали варианты временного жилья, но часто люди отказывались — или не устраивали условия, или временное жилье было территориально далеко от, например, школы, в которую ходят дети. Поэтому со временем появилась идея помочь людям средствами для аренды временного жилья там, где им удобно, пока дома будут восстанавливать.

Сейчас мы эту идею отрабатываем. В то же время сейчас Киев выплачивает материальную помощь, которую жители существенно пострадавших домов могут использовать на аренду жилья — 40 тысяч грн. А с 2022 года город выплачивает по 10 тысяч грн единовременной материальной помощи всем пострадавшим в результате обстрелов.

— А сколько домов уже восстановлено, и откуда на это деньги?

— На сегодня восстановлено 23 наиболее поврежденных дома. В работе у строителей — еще 14 таких домов. Откуда деньги? Деньги из Резервного фонда города, который формируется из бюджета города ежегодно и может наполняться при необходимости. В этом году на восстановление домов заложено более 900 млн грн. То есть мы постепенно восстанавливаем поврежденное имущество, единственное, что может замедлять процесс восстановления, — это наличие соответствующих специалистов, а именно строителей.

— Кстати, относительно специалистов. На места прилетов всегда выезжают работники коммунальных служб, спасатели и медики. Есть ли отработанные алгоритмы действий этих служб и хватает ли "рук", чтобы преодолевать последствия обстрелов?

— Конечно, алгоритмы отработаны. Еще на первых прилетах весной 2022 года. Как на уровне городских служб, так и районов. И все службы работают слаженно и оперативно. Более того, районы помогают друг другу преодолевать последствия прилетов, в частности делятся "руками", которые приезжают на помощь коллегам. И это работает с начала полномасштабного вторжения. В то же время не нужно забывать, что оперативность напрямую зависит от масштабов последствий.

Если мы говорим о Святошинском районе, то там 24 апреля большие или меньшие повреждения получили 106 зданий, из них 84 жилых дома. Включаем критическое мышление и приходим к выводу, что это много, много повреждений и много работы для всех привлеченных к ликвидации последствий. Поэтому когда звучат какие-то обвинения в сторону их работы — то могу сказать, что лично я каждый раз бесконечно благодарен всем этим людям, которые пытаются как можно быстрее сделать все от них зависящее: разобрать завалы, убрать разбитое стекло, закрыть пробитую крышу в доме и тому подобное.

Да, они в этом деле не одни. Да, им помогают волонтеры. Потому что рук действительно не хватает. И мы им благодарны за помощь. И так — только вместе, бок о бок, мы можем противостоять врагу. И мериться, кто сделал больше — волонтеры или коммунальщики, — я считаю неуместным.

— С начала года в городе назначен новый начальник военной администрации. В публичном пространстве от КГВА все больше обвинений о сопротивлении и противостоянии со стороны КГГА. В то же время вот-вот будут назначены новые главы районов, которые могут усилить КГГА в этом сопротивлении. Не повлияет ли вся эта ситуация на работу на местах?

— Свою позицию я уже вам сказал: мы все, на всех уровнях, бок о бок, должны работать на победу и помогать и поддерживать друг друга. Преодоление последствий вражеских атак — это о помощи: помощь города жителям, помощь волонтеров коммунальщикам, которые помогают жителям. И новые главы районов или соглашаются с такой философией, или я тогда не понимаю их задачу на их должностях.

Они, кстати, непосредственные участники процесса восстановления поврежденного имущества. Прежде всего — формирование штаба помощи пострадавшим, непосредственная связь, координация и коммуникация с пострадавшими ложится на плечи района. Именно районы формируют перечень адресов поврежденного имущества. По результатам обследований район может сам восстанавливать незначительные повреждения, если же повреждены элементы конструкций — восстановлением будет заниматься город. Для этого необходимо готовить соответствующий пакет документов и распоряжение о начале работ. Которое, к слову о противостоянии, часто блокируется на уровне главы КГГА.

— Есть ли количество таких документов сейчас? Какие сроки задержек? И какие алгоритмы взаимодействия и решения этого вопроса?

— По состоянию на 14 мая 67 распоряжений не подписано и не опубликовано. К примеру, последнее распоряжение, которое касалось восстановления, ждало подписи три недели. Три недели. Все это время соответствующие службы ждали его выхода, чтобы начать работы. Это же не о совместных действиях, это о противодействии. А тут как раз алгоритмов нет: мы можем только ждать, когда документ подпишут.

— В то же время в КГВА говорят, что противодействие — со стороны городской администрации. О чем эти заявления и обвинения в саботаже городских служб в выполнении поручений военной администрации?

— Для меня, как человека с опытом службы в ВСУ, такие заявления — о незнании или игнорировании матчасти. Сначала нужно изучить ее, а потом вступать или не вступать в противостояние. Все достаточно просто: основная задача КГГА — это вопросы обеспечения выполнения закона о правовом режиме военного положения. А КГГА, как исполнительный орган Киеврады, занимается вопросами жизнедеятельности города, которые относятся по закону к полномочиям местного самоуправления (и это говорю без погружения в детали и в действующее законодательство).

Отсюда у меня вопрос: какие именно поручения по выполнению закона о правовом режиме военного положения саботируют городские службы и департаменты? Потому что и плановую, и какую-то оперативную работу, которая касается полномочий департаментов и коммунальных предприятий, они выполняют. Поэтому для меня эти заявления о манипуляции общественным мнением и о попытке обесценить работу структурных подразделений и коммунальных предприятий КГГА.

— То есть все проекты (долгосрочные и краткосрочные) внедряются, финансируются и все работает?

— Да, все инфраструктурные объекты, которые предложено построить или отремонтировать в этом году, будут сделаны. Конечно, если нам не будут в этом препятствовать и не будут создавать дополнительные препятствия. Ремонтируются путепроводы, укрытия, специалисты ухаживают за зелеными насаждениями, восстанавливают дорожное покрытие, город восстанавливает пострадавшие дома и прочее.

Городское хозяйство работает. С первого года полномасштабного вторжения все отрасли работают в условиях военного положения, и полностью настроили работу — как текущую, так и работу над новыми проектами по развитию городской инфраструктуры.

В то же время новые вызовы требуют новых решений. И по моему мнению, город с этим успешно справляется, оперативно реагируя на требования современности. В частности, мы понимаем, что после возвращения домой наши воины не должны чувствовать дискомфорта, а с минимальными усилиями должны адаптироваться к жизни в городе и интегрироваться в социум.

Поэтому особое внимание в городе уделяют проектам по безбарьерности. Также работаем над созданием новых современных отделений реабилитации в медучреждениях, которые смогут оказывать качественную медицинскую помощь воинам, которые в этом нуждаются.

— Что касается медицинской помощи военным. Сколько сегодня в столице заведений, где наши защитники могут пройти лечение и реабилитацию?

— Медицинскую помощь военным оказывают все медучреждения столицы без исключения, в зависимости от того, какая именно помощь нужна. Что касается реабилитации, то ее можно пройти в 16 медучреждениях столицы и в Медицинском центре реабилитации и паллиативной помощи (бывший Госпиталь ветеранов). Работа специалистов этих учреждений говорит сама за себя - лучше всего о ней могут рассказать ребята, которые уже прошли реабилитацию и достигли хороших результатов.

— Продолжая медицинскую тему, не могу не спросить. В медиа в последнее время звучат постоянные упреки в коррупции и завышении цен на ремонты и закупку оборудования. Как вы можете прокомментировать это?

— А это еще одна сторона медали. Параллельно с сопротивлением внутри структуры от военной администрации мы еще и имеем постоянное давление от центральной власти в виде различных "пособий": уголовных производств, обысков и, соответственно, замедление воплощения в жизнь важных для города объектов. Мое заявление не голословно.

В качестве примера возьмем Госпиталь ветеранов, который постоянно на слуху, потому что якобы есть финансовые нарушения (завышение цен). Так у меня вопрос. Если есть такая проблема, и ее вроде бы обнаружили, то что еще ищут уже второй год правоохранители в госпитале? С какой целью продолжаются обыски, если все материалы следствию переданы? И каждый шаг в так называемом "деле" сопровождается громкими материалами в медиа и телеграмм-каналах. Ответ один — это давление на городскую власть с явными признаками манипуляции. Таких примеров я могу привести немало и в разных сферах жизнедеятельности города. К сожалению.

В то же время, продолжая говорить о госпитале, уже отремонтированы помещения 3-12 этажей, закуплено современное оборудование, установлена современная качественная удобная мебель для пациентов. За время полномасштабного вторжения прошли реабилитацию почти 6,5 тысячи защитников и защитниц.

—​​​​​​​ Действительно, жалобы на давление со стороны центральной власти со стороны города звучали неоднократно в медиа, и очень обидно, что эта борьба может негативно сказаться на развитии города, а следовательно, и на его жителях. Что касается Вас лично, как удается/не удается справляться с ситуацией и такими вызовами?

— Имею такое убеждение, что все, что нас не убивает, делает только сильнее. Конечно, стрессовые ситуации и дополнительные "катаклизмы" не добавляют легкости в работе, впрочем, нам свое делать. Есть проекты, причастностью к внедрению которых я горжусь. Что-то удается лучше, что-то не так хорошо, как хотелось бы, но все же стараемся несмотря на все доводить до логического завершения начатые проекты. И в этом наша сила. А еще в людях, которые рядом. Семья, друзья, коллеги - это те, кто дают ощущение стабильности и опоры в этом изменчивом мире.

— На прошлой неделе в медиа появилась информация о том, что Андрей Витренко совместно с коллегами наработали проект решения об освобождении вас и других участников мероприятия, снятого 25 апреля на территории одного коммунального предприятия. Возможен ли такой вариант развития событий, то есть увольнение?

— Относительно этого видео, которое так активно распространилось в медиа, еще раз скажу: в тот день на одном из коммунальных предприятий было рабочее совещание, после которого было решено провести ужин с коллегами, продолжая обсуждать дела. Никто ничего не праздновал. И это видно на видео.

Что касается проекта решения об увольнении, то не устаю таким коллегам говорить: "Учите матчасть". Ну нет полномочий у Киевсовета увольнять должностных лиц исполнительного органа. Нет. И это опять манипуляция и новые попытки дестабилизировать работу городской власти, в том числе и подобными манипулятивными "кино".